Шрифт:
Наступила мертвая, противоестественная тишина, в которой не существовало звуков.
Эффект оказался сокрушительным.
Любая ментальная проекция, любая сложная пси-техника держится на тончайших акустических и тепловых вибрациях материальной среды, без которых нейронный сигнал не способен передавать координаты цели. Лишившись среды, грандиозный зеркальный лабиринт лопнул в то же мгновение, осыпавшись невидимыми искрами и обнажив настоящий пентхаус с белым мрамором и картинами на стенах.
Сотни фантомов растаяли, оставив посреди зала одного-единственного человека.
Вадима Красовского согнуло пополам от чудовищного физиологического шока.
Без воздуха в легких альвеолы банкира мгновенно схлопнулись, из носа, ушей и уголков глаз мужчины брызнули тонкие струйки крови от лопнувших капилляров, а его мозг, лишенный притока кислорода, оказался намертво парализован удушьем. Дорогой костюм на олигархе вздулся, хрустальный бокал на столе с треском разлетелся на куски от перепада давления, а сам владыка Разума рухнул на колени, судорожно скребя ногтями по белому камню и широко разевая рот в тщетной попытке поймать хоть крупицу спасительного дыхания.
Нико шагнул вперед.
Его тело, перестроенное костной реконструкцией Третьего круга, не нуждалось в сиюминутном кислороде, черпая запас устойчивости прямо из пространственной эссенции костей.
Из складки черного кейпа в правую руку мага с хищным металлическим шелестом скользнул фальшион Бориса.
Тяжелая рессорная сталь, одетая в молекулярную бритву вакуума, не встретила ни малейшего сопротивления среды. Нико не стал произносить пафосных речей перед поверженным врагом: столетний полководец Келя знал, что любая заминка перед добиванием дает противнику шанс на последний отчаянный жест.
Движение вышло скупым, горизонтальным и математически безупречным.
Черный клинок прочертил дугу на уровне шеи опустившегося на колени банкира. Сталь Бориса рассекла кожу, шейные позвонки и артерии с мягким, едва ощутимым щелчком, не встретив преграды.
Голова Вадима Красовского с застывшим в остекленевших глазах выражением дикого изумления сорвалась с плеч и с глухим стуком покатилась по белому мрамору, оставляя за собой ровный, дымящийся темный след. Обезглавленное тело качнулось вперед и тяжело рухнуло на плиты, заливая пол густой алой кровью.
В ту же секунду над телом мертвого архимага вспыхнула ослепительная фиолетовая сфера чистого, первородного ядра школы Разума.
В правом углу зрения воздух перед глазами Нико взорвался каскадом рубиновых системных сообщений, сопровождаемых торжественным набатом инфернальных колоколов:
[Протокол «Очищение хроносферы»: Первая кровь зафиксирована]
Цель ликвидирована: Вадим Красовский (Архимаг школы Разума, 9-й круг в прошлой инкарнации)
.
Инициация поглощения наследия: Извлечение стабильной матрицы души
.
Пользователю начислено:
+5 000 очков энтропии за устранение прямого конкурента.
Текущий баланс:
5 425 очков энтропии.
Интеграция фрагмента ядра: Усвоено 40 % очищенной эссенции Разума
.
Разблокирована вторая стихийная школа: «Магия Разума / Псионика» (Базовый уровень доступности)
.
Фиолетовая сфера над телом лопнула, и мощнейший поток концентрированной ментальной энергии хлынул прямо в грудь юноши.
Нико замер, глубоко вдохнув вернувшийся после снятия вакуумного поля воздух.
Ощущение было ошеломляющим: его восприятие расширилось в сотни раз за считанные секунды. В сознании мага словно прорубили новые окна: теперь он не просто чувствовал воздушные потоки, он ощущал эмоциональные всплески сотен испуганных клерков на нижних этажах башни, слышал переговоры спецназа в оцеплении вокруг комплекса и видел тонкие информационные нити, связывающие центральный сервер фонда с банками Европы. Вторая школа легла на подготовленный каркас Третьего круга легко, без внутреннего отторжения.
— Ну наконец-то этот напыщенный зануда захлопнул свою пасть, — раздался сзади ленивый, насмешливый голос, пахнущий трубочным табаком и горьким миндалем.
Малик де Сад материализовался прямо возле массивного письменного стола. Демон брезгливо перешагнул через лужу крови своими начищенными туфлями, подошел к лежащему телу и кончиком обсидиановой трости поддел безжизненную кисть мертвого олигарха.
На бледном запястье Красовского тускло блеснули массивные платиновые часы с вечным календарем и парящим турбийоном от швейцарского дома «Patek Philippe».
— Какая тонкая работа, — куратор присел на корточки, ловко расстегнул сложный замок ремешка из кожи аллигатора и снял хронометр с руки мертвеца. Демон примерил массивный корпус на свое запястье в белой лайковой перчатке, покачал кистью и удовлетворенно осклабился сквозь дымчатую маску: — Платина девятьсот пятидесятой пробы, гравировка ручной работы… Хоть в чем-то у этого ростовщика был приличный вкус. Заберу себе в качестве компенсации за моральный ущерб от его дурацких речей.
Малик поднялся, подошел к наклонной стеклянной стене и кончиком трости легонько ткнул в центр панорамного окна.