Шрифт:
— Закрой глаза, не шевелись и постарайся ни о чём не думать. Поняла?
Таня послушно прикрыла веки, но почти сразу снова разомкнула губы. Улыбка получилась слабой, зато вопрос прозвучал вполне серьёзно:
— Когда я проснусь, если мы к тому времени уже разберёмся со всеми проблемами, меня будет ждать свидание…?
Эйр ответила за меня, даже не задумавшись:
— Будет. Ты наша умничка и многое сделала, чтобы помешать врагам в этой войне. Так что свидание тебе обязательно устроят. И не одно.
Улыбка у Тани стала шире.
— Ну и хорошо.
Сестра направила в неё тонкий поток энергии, и через несколько мгновений дыхание девушки выровнялось. Рука, лежавшая на одеяле, расслабилась, а голова немного повернулась набок.
Я посмотрел на Эйр. Она заметила мой взгляд и приподняла бровь.
— Тебе что, жалко? И так всё время только проблемы решаешь, а жёнам почти не уделяешь внимания. Сейчас разберёмся с делами и с тварями, а потом отправлю вас всех куда подальше. На отдых. Чтобы нормально провели время.
Я продолжал смотреть на неё, даже не сразу найдя, что ответить.
Это сила так в голову ударила, что сестра уже вовсю распоряжается моей жизнью? Или вместе с новым рангом вдруг почувствовала себя старшей?
Вот только… Хоть она и командовала, её руки дрожали…
Едва заметно, но дрожали.
Эйр тщательно контролировала каждое движение, не позволяя этой дрожи отразиться на работе с доспехом, но я всё равно увидел.
Ясно… Совсем не в силе дело. И не в желании отправить нас куда-нибудь отдохнуть. Дед…
Эйр закончила проверять состояние Тани и замерла. Некоторое время смотрела на собственные пальцы, затем опустила голову.
Когда она заговорила, от прежней уверенности почти ничего не осталось:
— Прости меня, брат… Я понимала, для чего ты всё откладывал встречу с ним… Но не могла допустить, чтобы ты снова страдал…
Я тихо усмехнулся, хотя весело не было.
— Только что командовала, а теперь прощения просишь? Я уж думал, ты у меня корону потребуешь, а не это.
Сестра не ответила. Продолжала смотреть вниз, и я подошёл ближе, обняв её и притянув к себе. Осторожно прижал её голову к плечу, проводя ладонью по волосам.
Эйр стояла неподвижно. Только пальцы сжались на моей одежде.
— Всё хорошо, Эйр. Не переживай. И спасибо тебе. За долгие столетия я наконец смог извиниться перед ним за всё… Это слишком долго лежало на душе… Да, мне больно, но в то же время я рад, что увидел и снова услышал его…
Она едва заметно кивнула, не отстраняясь.
Я подержал её рядом ещё немного, позволяя нам обоим помолчать. Продолжать разговор хотелось, но за стенами каюты по-прежнему шла война, а на постели лежит Таня, которой требуется помощь.
Я мягко провёл ладонью по затылку сестры.
— Давай поговорим об этом позже. Сейчас у нас ещё слишком много проблем.
Эйр снова кивнула. Затем глубже вдохнула и отступила, возвращаясь к доспеху Тани. Мы занялись им вместе.
Сестра последовательно отключала усиление и снимала то напряжение, которым костюм удерживал тело. Я помогал поддерживать энергопотоки, пока одна часть брони переставала работать, а следующая ещё оставалась активной.
Когда всё закончилось, Таня спала уже без доспеха. Дыхание оставалось ровным, а её собственная энергия больше не металась между перегруженными участками.
Я поправил край одеяла и некоторое время смотрел на неё. Потом оставил сестру закончить работу, вернулся в рубку и уже занял место во главе флотилии.
Твари ждать не будут…
Почти трое суток ушло на то, чтобы не просто удержать положение, а свести риск дальнейшей катастрофы к минимуму.
Мы сражались, перебрасывали войска, расчищали подходы к разломам и снова отправляли туда группы зачистки. Там, где один отряд уже не мог продолжать, его менял другой, а корабли давали людям возможность не растягивать переходы между участками на часы.
Временами казалось, что карта вообще не меняется. Закрывали один разлом, уничтожали очередное скопление чудовищ, освобождали дорогу к городу — и почти сразу приходил запрос с соседнего направления.
Но перемены всё-таки происходили. Я видел их не только в сводках.
В городах, где на улицах больше не приходилось держать сплошную защиту. В людях, которые выходили из убежищ и впервые могли посмотреть на небо, не ожидая, что оттуда сейчас обрушится тварь. В отрядах, получавших возможность хотя бы немного отдохнуть перед следующим выходом и поспать пару часов.