– Говори как есть, не придумывай, – Стас выпустил густую длинную струю дыма.

Очень хотелось рассмотреть его лицо… Жаль, что для этого слишком темно.

Умом я понимала, что за прошедший день Стас успел наладить контакт с каждым участником группы, а сейчас просто пытается установить его со мной. Но мне почему-то настойчиво казалось, что эти его вопросы какие-то личные, что его интерес продиктован не только попыткой выяснить возможные слабые места своей инструкторской деятельности… И, чёрт побери, было просто восхитительно думать именно так.

Не знала, что сказать в ответ. Просто курила молча, глядя, как в темноте вспыхивает то его, то моя сигарета…

– Ты же первый раз, как я понимаю? – Стас задал новый вопрос таким же спокойным голосом, а я почему-то выдохнула от облегчения…

Похоже, он не обиделся на то, что я не ответила, как-то по-своему понял это… А может, ему просто плевать, но профессиональный долг диктует разговорить молчаливую участницу группы. И промолчать второй раз будет совсем невежливо с моей стороны.

– Угу. Давно хотела попробовать… – мой голос прозвучал сипло и неуверенно.

Чёрт, обычно я более красноречива…

Стас усмехнулся, кидая окурок прямо на землю и наступая на него ботинком.

– Ожидания не оправдались, верно?

Он не насмехался в прямом смысле слова, просто констатировал факт.

– Пока не знаю, – я пожала плечами, вдруг осознав, что, наверное, задерживаю его, ибо у меня ещё целая половина сигареты, а он, видимо, останется рядом, пока я не докурю…

Разум потихоньку брал верх, заталкивая поглубже остывающие эмоции.

– Настя… – голос Стаса стал совсем серьёзным, даже напряжённым. – Ты подходи, спрашивай обо всём, что будет непонятно. Будем обсуждать, искать решения. Тут не получится держаться в стороне, как бы тебе этого не хотелось…

– Я понимаю, – мне вдруг стало стыдно отчего-то…

Торопливо поднесла фильтр к губам, стараясь докурить побыстрее и освободить его наконец от своего общества.

Однако Стас, оттолкнувшись от стены, снова достал из кармана пачку и звякнул крышкой зажигалки, прикуривая новую сигарету…

Уже поняла для себя, что этот его жест действует на меня не хуже электрошокера, проходясь разрядом по всему телу и оставляя звенящее напряжение в каждой клеточке… Завороженно смотрела, как он неторопливо делает глубокую затяжку, как медленно выпускает дым из лёкгих…

Ну, наверное, можно и спросить…

– Аааа… А помыться тут перед походом можно где-нибудь? Я несколько суток в поезде не мылась…

Чёрт, ну зачем я про поезд добавила?! Ему же это совсем неинтересно…

Стас помолчал несколько секунд, ловко играя пальцами с поблёскивающей зажигалкой. Дурацкий вопрос, сама знаю…

– Можно конечно. Только воды горячей в это время мало скорее всего.

– Ничего, я быстро…

Его спокойствие и уверенный тон вызвали почему-то волну облегчения…

– Издалека приехала?

Смущённо улыбнулась, понимая, что он этим своим вопросом переходит какие-то мои личные границы… Интересно, а он это осознаёт? Или просто так спрашивает?

– Ну да, издалека… Реклама вашего сайта постоянно мелькала перед глазами, замучила уже, я и повелась…

Ответ почему-то тоже получился какой-то личный…

Стас весело хмыкнул.

– Рекламы много не бывает.

– И действие её иногда непредсказуемо, – я улыбнулась гораздо увереннее, чувствуя, что окончательно и бесповоротно начинаю верить в особое расположение Стаса.

Зря, конечно, но это приятно…

Наконец я докурила, по примеру Стаса кинула окурок под ноги и наступила на него кроссовком.

– Ну пошли, Настя – любительница рекламы. Или сначала вещи возмёшь?

– Да, возьму… – я торопливо шагнула вперёд и оглянулась. – Я сейчас!

– Не спеши. Я тут подожду, – Стас снова прислонился спиной к стене дома.

Устал он от нас всех за целый день… Но наверняка рад, что удалось найти общий язык с последней участницей группы. Я вот точно не жалею, что решилась подойти…

Порылась в рюкзаке в поисках свежего белья, взяла полотенце, шампунь, гель и мочалку. Уже хотела закрыть молнию, но вовремя вспомнила про дезодорант и крем для лица… Пришлось переложить всё в небольшой пакет с ручками и взять его с собой – идти по двору со своим интимным скарбом, пусть и в темноте, совсем не хотелось.