Шрифт:
– Судя по компьютеру, – сказал Фридман, – а вернее, по дате вашего вылета, время у нас еще имеется, детали продумаем.
– Проверочка? – безучастно усмехнулась Джейн.
– Так, баловство, интереса ради…
– Валерий, – произнесла Джейн строго и доверительно. – Вы сознаете, что о ваших проверочках может стать известно иным проверяющим иностанциям? Затем. Я заинтересована в вас не менее, чем вы во мне. Мне необходимы ваши связи здесь, в Союзе.
А вам – мой статус. Так что не тряситесь за свой пакет, хотя бы в нем и сокровища всего мира…
Она крепко, по-мужски пожала руку Фридмана и, сев в машину с дипломатическим красным номером, укатила прочь.
С нею уехала и Марина, заплатившая за изготовление этого номера рукодельнику-кустарю изрядную сумму.
А Фридману очень хотелось, чтобы Марина сталась, очень…
Впрочем, успокоил он себя, объясниться – успеется. К тому же сегодня тяжелый день, беготня… Слов-то нормальных не подберешь, мозги набекрень… Нет, иссушивают все-таки денежки и душу и мышление, коробят их, как наркотик…
– Думаешь, клюнет? – спросила Марина подругу.
– Знаешь… – Та задумчиво затянулась длинной тонкой сигаретой. – Я однажды видела… Комары летят на утюг. Инстинкт слеп.
БОРЯ КЛЕЙН
Утром, приехав как обычно к Фридману, Боря застал его в «деловой части» подвала, в домашнем офисе, среди телефонов, факсов и компьютеров.
Подняв на Борю проницательный взор, шеф изрек:
– Паспортишко выписан?
– Как и приказывали, – кивнул Борис, – вчера получил.
Волчий билет. Постоянно проживающего. Лица без гражданства. Но все равно лучше, чем серпастый-молоткастый.
– Завтра вылетаешь, – произнес Фридман. – В Германию. На день. Во Франкфурт-на-Майне. Ночь в отеле компании «Люфтганза».
Место приличное, несколько ресторанов, кровать «кинг-сайз» [13] , мини-бар, кабельное телевидение. Как выйдешь из порта, увидишь «вэны» с названием отеля по борту – не ошибешься. Они-то тебя до койки и доставят. Переночуешь, а утром снова в порт. Вопросы есть?
13
– Королевский размер (англ.).
– Есть, – сказал Боря. – Цель?
– Возьмешь посылочку, – сообщил Фридман. – Транзитную, из Союза.
Значит, бриллианты в Германии?… Борис проглотил вязкую слюну беспомощной досады. Вспомнился фальшивый американский паспорт, еще вчера высланный Михаилу, письма с прожектами, тайно переправляемые в далекую Москву… Настолько же жизнь внезапнее в своих решениях и вывертах и насколько неуязвимы и удачливы сытые и сильные…
– Спасибо, – проронил он тихо.
– За что? – Семен кашлянул, вглядываясь в монитор компьютера.
– За доверие. Прикарманю вот так посылочку, ну и…
– И?… – обернулся к нему Фридман. – В посылочке, положим, миллион, и ты с миллионом в Германии. Но миллион-то не наличными, его в наличные реализовать надо, ясно? Что непросто.
После – необходимо легализоваться под чужим именем. Думаешь, чепуховые задачки? Но и реши их, все равно дурак ты, коли мыслишь, что, имея миллион и ничего не делая, можно так уж и всласть пожить. Нет. Проще, Боря, работать у меня, заколотить этот миллион постепенно, однако уверенно; многому научиться и… смотреть на мир с высоты птичьего полета, а не из тараканьей щели.
– И за проповедь благодарю, – ответил Боря. – Но в проповеди своя логика, мудрая, а есть логика иная, тех, кто корыстолюбив до безрассудства.
– Согласен. Но имею и на сей счет аргументы. Во Франкфурте тебя на самолет посадят, а тут встретят… Так что все твои «спасибо», полагаю, относятся к полному тебе доверию только на время парения над Атлантикой. Уразумел? А сейчас дуй в германское консульство, – протянул Борису обрывок бумажной полосы с телекса.
Борис прочел:
«Фирма «Процессинг систем» вызывает к себе специалиста по нелинейным уравнениям, доктора Бориса Клейна, для научной консультации в филиал фирмы…»
– Телекс в консульство уже дан, – продолжил Фридман. —
Визу получишь без задержки.
Выйдя из дома, Борис остановился у своего «линкольна» и, облокотившись на крышу автомобиля, как-то грустно и ни о чем призадумался, глядя вокруг.
Тихая улочка Манхэттен-Бич с односторонним движением.
Особняки один другого краше – от наисовременных с тарелками антенн космической связи до сказочно-средневековых, словно из датских и шведских преданий. Серебристые ели, по линеечке подстриженные кустарники, лужайки перед вылизанными фасадами. И