Я приподнялся на кровати и с силой хлопнут по утреннему крикуну. В нос ударил запах горелых яиц. Этот день начинался так же, как и предыдущий, так же как и все остальные. Значит, ничего и не произойдет, и это радует. Мысли о стабильности, в любых мелочах и в глобальных действиях, всегда успокаивает умы людей. Никому не хочется шагать навстречу неизвестности.

Из дверного проема показалась она. Сонная, растрепанная, с лопаткой в руке. Она улыбнулась и вновь скрылась на кухне. Если бы два года назад мне сказали, что она станет моей женой – я бы рассмеялся этому человеку в лицо. Сказать, что она красива – не сказать ничего. Даже сейчас, еще не успевшая прихорошиться, в моей старой рубашке, скорее походящей ей на большое в объеме, но очень короткое платье, она выглядела обворожительно.

Я встал с постели и, потянувшись, направился в ванную. Света одной, не слишком яркой лампочки хватало с трудом, но это быть может и к лучшему. Я поднял глаза на зеркало. Оттуда с неподдельным безразличием на меня смотрел мужчина примерно двадцати семи лет отроду. Давно не стриженные волосы закрывали верхнюю часть лица, а нижняя обросла неровной, клокастой щетиной. Я всегда выглядел старше своих лет. Даже не знаю, к добру ли это. Медленно, просыпаясь на ходу, я залез в утробу душевой кабины, и тугие горячие струи проточной воды обхватили мое тело.

Она сидела за столом и методично поглощала яичное месиво. Судя по выражению лица, данное блюдо приводило ее в гастрономический восторг. Я подошел к ней и, нагнувшись, поцеловал в шею. Главное ни в коем случае не подавать виду, что совершенно не хочу повторять ее подвиг. Опустившись за стол, я отломил вилкой небольшой кусочек завтрака и отправил его в рот. Один за одним, один за одним. Странно, человек, умеющий шикарно готовить сложнейшие вещи, превращающий в шедевры набор из кучи несвязных продуктов, не может справиться с простейшим завтраком.

– Тебе не нравится? – прищурившись, спросила она. Видимо, я не слишком хорошо скрываю эмоции.

– Нет, что ты. Все хорошо, просто я не голоден. Перекусил перед сном. – Я под шумок отставил от себя тарелку и потянулся за чашкой с долгожданным кофе. – Какие планы на сегодня?

– А то ты не знаешь. Мои-то одни и те же. Сейчас умоюсь да в универ. – ее что-то тревожило, пусть она и старалась это утаить. – Слушай, у нас заканчиваются продукты, стипендия только через неделю. Ты не собираешься искать работу? Я все понимаю, твои книги увлекают тебя гораздо сильнее, чем окружающий мир, но мы же должны питаться.

Она нарочно тихо поставила кружку на стол. Злится. Есть на что, спору нет. Последний работодатель разорвал наш с ним контракт около месяца назад, по причине хронических опозданий. В принципе мне бы действительно не мешало выбраться из дома, а там как пойдет. Я поднялся и подошел к ней и приобнял за плечи, встретив при этом легкий несерьезный, но показательный толчок.

Странная, но от этого еще более привлекательная женщина сидела на моей кухне. Густые, но не слишком пышные длинные слегка волнистые волосы нежно-каштанового цвета лежали на хрупких плечах покрытых татуировками. Никогда нельзя было предугадать, что у нее на самом деле на уме. В равной степени неприступная и ласковая, она отличалась от массы девушек ее возраста. Дикий, слегка вспыльчивый и непривычный местным жителям нрав, объяснялся ее корнями, как и странное имя – Василиса. Когда-то ее далекие предки приехали в Соединенное Королевство из далекой северной страны с загадочным названием Россия. Но вот цепкий ум, отличный вкус и порядочность во всем – этого, как мне кажется, не хватает всем двадцатитрех– летним барышням мира. Вася – другая. Она особенная. Она говорила, что ее именем звали когда-то персонажей народных сказок ее родины. И правда, идеальное имя для героини сказки. Сказки моей жизни.

– Я сегодня же отправлюсь искать. Обещаю.

Она улыбнулась, подалась ко мне и обняла в ответ. Одно я знаю о ней точно – она меня любит. Не смотря на то, что я безработный, так и не окончивший филологический факультет, не слишком одаренный любитель старых книг в пахнущих пылью бумажных обложках.

– Я верю в тебя. – она чмокнула меня в небритую щеку и встала со стула. – Ладно, я побегу. Сегодня семинар по международной этике первой парой, а ты же помнишь какой там препод. Опоздаешь на пять минут – всю душу вытрясет. Помой посуду, пожалуйста.

Василиса вышла из комнаты и скрылась в коридоре, а я направился на балкон к третьей моей любви всей жизни после жены и книг – табаку. Город вокруг совершенно поменялся по сравнению с его ночным призраком. Крики машин, яростное шипение производственных труб, гул огромной толпы текущей по улицам пестрой жидкостью. Теперь он больше напоминал не древний давно не посещаемый лес, а, скорее, высокотехнологичный, населенный двуногими существами муравейник. Одно осталось неизменным – небо. Совершенно неважно, какого цвета оно будет. Небо навечно останется воплощением природы в этом измученном людьми мире.

Где-то за спиной хлопнула входная дверь. Ушла. У нее сегодня трудный день, а у меня? Мне ведь действительно не мешало бы найти работу. Вот только кому в этой стране пригодится человек без высшего образования? Любая более-менее приличная должность мне явно не светит, а впахивая на стройке или раздавая бумажки на улицах, я вряд ли смогу прокормить нас обоих.

Я затушил окурок и вернулся в помещение. Подобрав возле постели мятые джинсы и достав из шкафа рубаху, я натянул кеды и вышел за дверь. Посуду мыть я, конечно же, не стал.