Шрифт:
Но физиология отношений естественна (без этого – мысль оборвана, книга не досказана). «Остановись, мгновение, ты прекрасно», взаимопроникновение – это последовательность, логика.
События развиваются по фазам: «сначала libido, влечение, вожделение, потом eros как стремление к высшей форме эротической близости в союзе двух, затем philia, или дружба, и в конце аdаgе, или соединение во взаимном безусловном желании добра друг для друга» – пишет Вишневский.
Человека составляют только мужчина и женщина вместе – говорит Кант.
Итак, образы Бога и любви – и то, и другое придумано для упрощения, для возможности объясниться. На самом деле – это только отражение, синоним, проекция на сознание (любви, как и Бога) в образах, слове…
Введение 2. Совпадение. «Рассуждизмы и пароксизмы», 91
Из всего, что вечно, самый краткий срок у любви.
(Я.Вишневский. «Одиночество в сети»).Тёплый летний день клонился к закату. Вечерело…
Катя на звонок открыла дверь, не спросив: – Кто?.. Будто знала, что придёт. Ждала.
Приподнявшись на цыпочки, она поцеловала Сашу в небритую щёку и пошла внутрь квартиры, держа его за руку.
В гостиной, у стола под бархатной тёмно-вишнёвой, как шаль, скатертью с кистями, повернулась к нему – маленьким роем веснушек у глаз, которые, как он ей объяснял – цвета гречишного мёда и у наивно вздёрнутого носа.
Подойдя близко – так, что услышал её замирающее дыхание – он взял мочку её левого уха своими губами…
Лёгкое платье пастельных тонов держалось на её покатых плечах лямками, пошитыми, будто погоны, с двумя пуговицами светло-коричневого цвета со звёздочками.
Пуговицы на левой лямке сразу послушались его и легко вышли из обмётанных бежевым шёлком прорезей. Край платья стыдливо приспустился несколькими узкими складками, приоткрыв бретельку и край лифчика – цветом в тон платья…
Конструкция на правом плече поддалась не так скоро, как на левом…
Платье упало на её босые ступни, открыв слегка загорелое тело.
Он опустился на колени, скатал на резинке – вокруг сакральных…60х90 – и потянул вниз светло-бежевую материю. Ниже талии бело-розовые округлости задержали движение. Преодолевая их мягкое сопротивление, он невольно посмотрел на небольшой, как у «Лежащей» на картине Модильяни, тёмный треугольник внизу Катиного живота, выделяющийся на фоне чуть большего белого – из-за отсутствия загара.
Его кисти рук, как и до того – её платье, упали на пол – по инерции из-за некоторого усилия, с которым он стаскивал, превратившуюся в упругий ободок, ткань.
И тут он замешкался – ему, цинику процесс показался немного смешным: она стояла перед ним будто стреноженная лошадь.
Но, неожиданно для него, Катюша сама приподняла ногу, и ступня освободилась.
Он встал и, полуобняв, потянулся пальцами к застёжкам лифчика, невольно уколов небритостью подбородка её округлое плечо.
Теперь она вся была раздета…
Он почувствовал дрожь её тела, сдёрнул с дивана плед и укутал её. Она смущённо улыбнулась, взяла с кресла, стоящего рядом с диваном, махровый с чередующимися – белыми и бежевыми продольными полосами халат, набросила на плечи вместо пледа и прошла в ванную.
Там Катя его сняла, и в приоткрытую дверь Саша увидел её со спины, обнажённую – от головы с завитками волос на шее (как у Анны Карениной, но не чёрных, а тёплых каштановых тонов) до загорелых ног – со всеми классическими четырьмя промежутками: у тонких щиколоток, у колен, внутри бёдер и верхний, перед ещё одним треугольником без загара.
Катя высыпала в ванну из банки душистую соль лаванды, наклонилась, немного присев, чтобы открыть кран горячей воды, подняла правую ногу, перешагивая через край ванны, потом – левую и встала в ванне. Подождала, пока вода наберётся, и села, вытянув ноги вдоль ванны…
Скоростной поезд нёс Сашу с неумолимой скоростью на «очередную пьянку под кодовым названием: День энергетика», как говорил Д,Артаньян.
Симпатичная барышня – соседка по купе назвалась Екатериной («луч света в тёмном царстве» и совпадение в бесконечности).