– Значит, по-вашему, отцом является Тимми Мартин?
– спросил он Тома.

– Ну, клясться не стану, - честно признался Том, усаживаясь поглубже на стуле и кладя ногу на ногу.
– Как я могу? Я только говорю, что я был у нее не один, и, главное, она этим похвалялась. Да, черт возьми, похвалялась! повторил он, как бы изумляясь женской порочности.

– При свидетелях?
– от безнадежности глаза у Питера совсем разъехались в стороны.

– Насчет этого, - с важностью ответил Том, ища взглядом открытое окно, чтобы сплюнуть, - не побожусь.

– Но ты понял так, что она имела в виду Тимми Мартина?

– Нет, я вовсе не обвиняю Тимми Мартина, - переполошился Том, сообразив, что тонкости судопроизводства не иначе как вовлекут его в ссору с Мартинами, а семья у них буйная, и они способны расквитаться с ним средствами, не известными закону.
– Просто иногда она встречалась с Тимми Мартином. А так, кто его знает - может, это он, а может, кто другой, а может даже, - добавил он с таким видом, будто на него только что снизошло откровение, - у нее их было несколько.
– Он перевел взгляд с Питера на отца и обратно, желая проверить, какое впечатление произвели его слова, но, как это водится с наитиями, оно не получило одобрения.
– Да, черт возьми, - сказал он, усаживаясь еще глубже, - их могло быть сколько угодно... Но насчет этого, - добавил он предусмотрительно, - я бы не мог поклясться.

– И ни один человек, Том, тебе бы не посоветовал, - сказал поверенный, с трудом стараясь сохранять вежливость.
– Тебе понадобится хороший адвокат.

– Черт возьми, а ведь и вправду понадобится!
– согласился Том, как бы пораженный тем, что могут найтись такие плохие люди, которые ему не поверят.

В деревне началось большое оживление, когда разнесся слух, что Флинны наняли адвокатом Горлопана Купера. Купер всегда вызывал интерес у публики, хотя бы как первоклассный номер судебного представления, тем более что все знали - черное и белое займут в этом деле свои надлежащие места, и даже такая малость, как парядное платье Эйлин ОТрэди, не будет оставлена без внимания.

В день слушания дела зал был набит битком. Том с отцом сидели позади с Питером Хамфрисом и ждали Купера, а Делия и ее отец разговаривали с Джеком Кэпти и адвокатом Иверсом. Ивере был рослый черноволосый молодой человек с большим лбом и полузакрытыми сонными красными глазами. Говорил он с вкрадчивой медлительностью.

– Вы ведь не волнуетесь, правда?
– ласково осведомился он у Делии.
– Не бойтесь ничего, не надо... Как вы полагаете, Джеки, надежды на то, что они договорятся, ведь нет?

– Вот еще, какая может быть надежда, - брюзгливо проворчал Кэнти. Разве вы сами не знаете, что они за люди?

– Я поговорю с Купером, - сказал Ивере, - Ден не так уж страшен, как кажется.

И он направился к человеку грубой наружности, в парике и мантии, который как раз входил в зал. Сказать про него, что он не так страшен, как кажется, была небольшая похвала: почти квадратная физиономия с тяжелой нижней челюстью и голубые глазки, злобно выглядывавшие из узких, глубоко прорезанных щелочек.

– Нельзя ли договориться мирно, Ден?
– мягко спросил Ивере.

Купер даже не посмотрел на него, он был явно нечувствителен к обаянию Иверса.

– Вы когда-нибудь видели, чтобы я шел на переговоры, если мог драться?
– прорычал он.

– Да, когда драка была на равных, - возразил, не обижаясь, Ивере.
– Уж не считаете ли вы равным противником эту бедную девочку?

– Мы еще посмотрим, что она за птица, - самодовольно проговорил Купер, останавливая взгляд на Флиннах.
– Скажите, - прошептал он, - что ее прельстило в моем клиенте?

– Надо полагать, то же, что прельщало вас, когда вы были в ее возрасте, - отозвался Ивере.
– Не говорите мне, что в молодости у вас не было девушки из табачной лавочки, которую, как вы думали, послал бог в утешение вам?

– Да, но у нее не было письменных доказательств,- - серьезно ответил Купер.
– И в отличие от вашей клиентки я никогда не заводил двоих одновременно.

– Неужто вы верите этим россказням?

– Вот в них-то я и собираюсь покопаться.

– Могу вас избавить от трудов - она была по уши влюблена в вашего клиента.

– Ха!
– фыркнул Купер, как будто услышал остроумную шутку.
– Потому-то она и требует теперь денег?

– Девушке ни одного пенни не надо. Разве вы сами не знаете, кто за этим стоит? Почтенный папаша. Даже двое почтенных папаш. В нашей стране так уж заведено, что браки берутся устраивать папаши, вот в чем паша беда, Ден Купер.

– Ха!
– проворчал Купер, но уже не таким уверенным тоном.
– Покажите мне этот образчик женской прелести, Ивере.

– Она в коричневой шляпке, рядом с Кэнти, - сказал Ивере, не глядя в ту сторону.
– Бросьте, старина, не стройте из себя Буффало Билла. Ей уже солоно пришлось, и я считаю, что с нее хватит.