Тишина уплотнилась в несколько раз. Еще немного, и ее можно было бы разливать по пузырькам и продавать в аптеках мужьям, уставшим от болтливых жен. Пара мух, казалось, зависли в этом киселе и пытались, не привлекая к себе внимания, отлететь в уголок.

– Да вот он стоит, у входа! – из динамиков раздался голос Василия.

Оглядевшись Три увидел, что президент стоит на сцене и готовится сказать приветственную речь. Он показал на высокого парня, который коротко взмахнул рукой, подтверждая такую идентификацию.

– В общем, торжественное слово будет таким… – и президент клуба обратился ко всем собравшимся, – у нас сегодня праздник. И у вас праздник. И у всех соседей этого кабака сегодня будет праздник. Так давайте никого не разочаруем: ни нас, ни себя, ни кого, кто живет в этом районе! – и, подняв кружку с пивом, проорал, – Хой-хой-хой!

Зал подхватил тост, и на несколько секунд показалось, что прямо здесь, в баре, попал в аварию грузовик с партией стекла. Впрочем, у нескольких столиков произошли именно такие происшествия.

Три заглянул за барную стойку. Чувствовал он себя виноватым, но бармену было значительно хуже. Он с трудом поднялся и отмахнулся от протянутой руки.

– Да пошел ты!

– Ну, извини, друг. Я не специально, – смутился Три.

Бармен лишь недобро посмотрел на него и поморщился, дотронувшись до головы. Три пожал плечами. Ловко маневрируя между взметающимися во все стороны руками с рюмками, стаканами и бокалами, он двинулся к двери, где его ждал Алекс Мамонт. Периодически движение прерывалось очередными рукопожатиями, обниманиями и похлопываниями по плечам. Несмотря на неизбежные заминки, расстояние до выхода стремительно сокращалось.

Спустя несколько минут с чувством выполненного долга по приветствиям и с невесть откуда взявшимся в руке стаканом Три оказался рядом с Алексом.

– Привет, я – Три. Вася сказал, ты можешь помочь с парковкой на ночь, – сказал он, сунув таинственный стакан с виски в чью-то протянутую руку.

Рукопожатие Мамонта тут же отчетливо вызвало ассоциацию с древним и могучим животным. Хотя внешне они отличались друг от друга довольно разительно.

– Помогу. Только мне показалось, что ты один, – ухмыльнулся новый знакомый.

– Я не один, я с мотоциклом, – насупился Три. Отшучиваться по поводу имени не хотелось.

Именем Три его называли, начиная со школьной скамьи. Так же он звался и дома. Потом на улице. А затем и сам стал смело представляться людям, предварительно оценив уровень их развития. Молодой человек очень не любил объяснять, что его имя не имеет никакого отношения к флоре англоязычных народов. И глаголом повелительного наклонения тоже не является. Впрочем, было ясно – сегодня множества шуток и очередных разъяснений избежать не удастся. Поэтому нужно было как можно активнее загружаться напитками, чтобы не реагировать на набившие оскомину остроты.

– Да ладно, не обижайся. Мамонтовым быть тоже непросто. Меня в детстве вообще Хоботом дразнили. Это хуже, чем быть цифрой, – широко улыбнулся Мамонт. – Да расслабься, пошли! – и хлопнул Три по плечу.

На улице по-прежнему было ветрено.

– Интересно, а в такую погоды Мэри Поппинсы летают? – задумчиво спросил Три, глядя на то, как по улице кружатся какие-то бумажки, пакеты и громыхающий среди них дорожный знак «Уступи дорогу».

– Нет. Сегодня не летают. Они все в нашем кабаке. Я, пока тебя ждал, там таких Поппинсов видел! Удивлюсь, если они вообще взлететь смогут, – хмыкнул Мамонт. – Ну, показывай свой аппарат!

– Да вот он! Красавец, – улыбнулся Три и ласково почесал байк за зеркалом.

– Солидная техника! – уважительно кивнул Алекс. – Давно он у тебя?

– С прошлого сезона. Удачный вариант подвернулся. Грех было не взять. Ну, я и решил, что грешить завязываю. А как купил – снова развязался.

– Неплохо, неплохо, – приговаривал Алекс, обходя вокруг мотоцикла.

Незаметно к ним присоединились несколько человек. Как-то сама собой беседа снова завертелась вокруг классических тем джентльменов: «сколько прет?», «сколько жрет?» и «почем брал?»

– Ну, поехали? Ты здесь далеко? – спросил Тритий у Мамонта.

– Рядом. Поехали. Выкатывайся, – ответил повзрослевший Хобот и, не оглядываясь, зашагал к выезду на улицу.

Аккуратно перебирая ногами, Три выбрался из лабиринта, составленного из мотоциклов всех цветов и размеров. Алекс нетерпеливо помахал ему рукой, приглашая подъехать поближе.

– В общем, сейчас направо, на перекрестке снова направо – на Палиху. И там метров через двести повернешь налево у полосатой машины, – проинструктировал абориген и вопросительно посмотрел на Три.