Private-Bookers
Берестяной Грааль
вернуться

Куннос Юрис
Шрифт:

«Утром рэкет на Югле. С нищего что спросить…»

Утром рэкет на Югле. С нищего что спросить.Дохромал до музея. Дверь в сарай заперта.Не хочу больше ни желтые листья мести, ни стихи читать.В коричневой сумке красное Бордо 1994 и стрелки часов как в тире.С утра всё чаще хочется спать. Бессонница на семи ветрах.Пятнистые псы в парке. Блюз на сваях.Уличные музыканты. Горько, свадьба.По-прежнему увядшая охра в вазе. Ручка отбита и не заживает.Оказывается, солнце. +15°.Немного больше, чем у Бордо 1994 11,5.Люксембургский сад в Ленинграде.Кто на скамейке, знаю. Придвинусь.Утром рэкет на Югле. С нищего что спросить.Разве что на асфальте в классики, три-пять.Удержать в пальцах чашечку, Чайна-сан-суси.Чудо ниоткуда. Может, все-таки взять и стихи читать.1996.3.X

Старинная кельтская музыка для арфы

То ли подруга Тристана, то ли ангел пел песню.Берег Святого Патрика, шум прибоя окрест.Круглый стол и чертова дюжина кресел,от одного к другому огненный крест.То ли ангел пел песню. Так одиноко.Король Артур и дюжина рыцарей за круглым столом.Пареньку на вытянутую руку садится сокол.Куда захочешь, туда пошлем.Сад камней на лугу. Белый конь, черный бархат.Корнуэльский принц взбивает двойной дайкири.Только музыка древних кельтов для арфыв целом мире.Бритоголовая Шинейд. Ночная эстрада.Просто папа был напрасно обижен.Старинную кельтскую музыку слушаю как награду.Нежный берег Святого Патрика. Флаг неподвижен.1996.23.X

«Хей, Ото! Как тебе в день ангела спится…»

Хей, Ото! Как тебе в день ангела спится?Я тут привираю немного.По волнам, по серым овечкам пастыря ветра тропицав заозерье. Филя и дорога.Смех, смех и еще раз смех. Мой бег.Слава Богу, травы нас не достали.Дали. У всех у нас один и тот же снег.Над костром и над Плескодале.Смех, смех и еще раз смех. Ковчег.Хочешь поставить парус.Аллея Лайсвес, Каунас. У всех у нас один снег.Зато под ним пышет, жаром и угаром.Жаль, если бесследно сгорит все это.Хей, Ото! Что тебе в день ангела снится?Видел фото ангелов, сделанные из окна самолета.Незнакомые лица.1996.5.XI

«То, чего я не знаю про Землю…»

То, чего я не знаю про Землюя знаю про Небо22 ноября как водится трам-та-та-тав 9 утра, в полном аут(бус)екручу головой направо налевоклево умеют же подобрать цвета!желтый справа фиолетовый слеваалый отсвет весна или осеньвся небесная и земная палитраангелы нежноголосые в титрахалея, высыпали искрящие строчкиза окном аллея, в ней на эмальвысыпали голуби, набухли почкия знаю про Небооно сегодня нежно нежно унд нох-айн-маль нежно-голубое1996.22.XI

Остров в Эгейском море

Я там не был. Могу отыскать на карте.Конечно, там делают вина и цедят ракию.Конечно, там в моде сиртаки под южными звездами яркими.А вот хитонов не носят.Я там не был. А там прожорливы козы.Валуны там раскиданы словно игральные кости.Там изумрудное море. Шоколадных и сливочных мотыльковРасклеены пестрые марки.Шесть букв голубая аура.Я там не был.Нежатся на солнце моллюски и барки.Да иногда виден парус.P. S. Кто ищет, находит, Яники.1996.28.XI

Стихи о пестром времени

Это так, внутри.Опавшие листья пестры. Ты их собери, собери.Неверно. Ведь собран чемодан, ждет у дверей.Очаг? Солнце, а западней море.Мадригал человеку, который некогда был всех сильнее на футбольном поле, при этом всех слабее за его пределами (надо бы успеть записать).Улица Суворова Мариинская Чака в самом конце 60-х, где лунатический Эрик Пестрый бродил с барабанными палочками, облёс- кивая ритмы, собачью будку, Ригу и Вселенную.Такие письма мне, дорогому, писала Рига, в Митропу утончен- ному слала оккупанту.Если хочу, то умею ходить по волнам. Бриг. Let it be! Да станет так!Автобус и суррогат шубки сегодня утром.Пестрота – это ведь рыбий каприз?Пестрое лезет в глаза, чешуйками из перламутра.Югенд. Цветы. Скамейка. Апельсиновый бриз.1996.5.XII

«войти в Храм это задание…»

войти в Храм это заданиетем более до восьми утра отбойтакое вот особое Зданиев наличии и всегда-с-тобойна Бога не стоит делать стойкукак на девушку или стаканчикза Собором обитает прекрасная сойкаи я люблю одуванчик1997.8.I

Макаронный вестерн

Говорит балерина: давай возьмем банк.Поедем после этого в Рим.Говорит балерина: кругом бардак.На небе тучи, цветы наскучили и вообще всё мимо.Хочется есть, нельзя: жир, смотри.Если что, я вытащу тебя из зоны.Поедем после этого в Рим.Свои золотые волосы навью на мрамор колонны.Мы с тобой сольемся будто припев и куплет.Лестница в небо, и никому не обидно.Бонни & Клайд. Случается же хеппи-энд.Давай возьмем банк. Ну а там будет видно.На зоне не так уж плохо: свобода пастись, горячая пища, теплая компания.Главное: не сбегай с мильонами, вытащи меня.Такой, значит, у нас диалог. Неопостромантизм.Поставлю-ка свечку за Мастрояни.1997.21.I

Стишок, написанный этим утром

Я в домоуправлении, ожидаю приема.Кошки скребут, но не в марте, а на душе.Впрочем, как водится, держусь фасона.Пока всё хорошо.Брызги-блестки. Песок в часах. Мост к месяцу.Пони-Шапочка, Ты не ведаешь всего, да, в общем, ничего и не стоит ведать.Американцы проживут на Луне целый месяц.Мне нравится, когда народу весело.Рубикон позади. Малый Млечный тоже.Надо собрать все чувства в кулак как-то.Начнется новая аура. С новым сиянием в глазах. По кожебегут брызги предпоследних лучей заката.P. S. Прости, что такой щемящий.1997.17.VI