Шрифт:
– Но я люблю тебя! Люблю больше, чем прежде. Я готов все поменять в жизни ради того, чтобы вернуть прошлое.
– Прошлое вернуть нельзя. Ты не знаешь меня, Коля. Я не та, что прежде. Ничего у нас с тобой не получится.
– Ты так и не смогла меня простить?
– Брось! Кто старое помянет, тому глаз вон, верно? А у нас совместный проект. Вот о чем надо думать. Мне ли тебе о том говорить, режиссер? Жанна ласково подмигнула и вышла.
Николай не стал удерживать, настаивать на разговоре, который казался ей бессмысленным. Внезапно у него опустились руки. Он вдруг почувствовал себя ненужным, потерянным и одиноким. Его святое, трепетное чувство было растоптано, уничтожено, поругано. Невосполнимая утрата сжимала грудь. Он не знал, как с этим справиться, что делать с подступившим к сердцу отчаянием. Невыносимая боль сковала все тело. Рыдания прорывались наружу, и чтобы сдержать их, Николай несколько минут простоял в тишине возле открытого окна.
Спустя три месяца спектакль «Кармен» готовился к премьере. Николай ждал показа с невероятным воодушевлением.
Часть вторая
Александра, сестра- двойняшка Николая, в скором времени приехала в гости. Кем была эта красивая женщина, неполных тридцати лет, абсолютная противоположность своему экзальтированному брату, читателю только предстоит узнать. Она умела следовать выбранной цели, с детства отличаясь самостоятельностью и твердостью духа. Созданная ею компания «Лондонские сюжеты» процветала, принося стабильный доход и чувство собственной значимости. Саша достигла немалого успеха в бизнесе, однако подробности ее личной жизни оставались загадкой для окружающих.
«Женщина свободных нравов, не обремененная семьей» – так говорили о ней друзья и знакомые. Никто не видел на этом лице, излучающем улыбку, и малейших следов волнений или внутренних противоречий, потому нельзя было и предположить, чтобы такая женщина умела страдать.
– Сашка! Наконец долетела! Спустя мгновение, Николай уже сжимал сестру в объятиях.
– Я скучала по тебе, Ники! Мой маленький чувствительный брат, только не плачь, я тебя прошу!
– А ты все та же, не изменилась совсем. Я тоже скучал!
Теплый сестринский поцелуй затрепетал на щеке Николая, немедленно унося его в детство, в то необыкновенно- волшебное время, когда они с Сашей были двумя очаровательными детьми, больше всего нуждающимися в обществе друг друга.
Одно лицо – говорила вся родня. Маленький Николай с малых лет чувствовал, что сестра является неотъемлемой частью его самого. Единое сердце на двоих и одна душа. Словно мудрый Господь в этой жизни разделил их на две равные половины, чтобы они никогда не расставались. Миленькая девочка со светлыми волосами и ясной, как день, лучезарной улыбкой была брату не только первым товарищем в играх, лучшим другом, но не уступала ему и в лазании по заборам, стрельбе из лука и даже рукопашной борьбе. Неразлучная пара вместе озорничала и совместно придумывала оправдания своим проделкам, во всем дополняя один другого. Там, где Николай одерживал победу с помощью силы, Саша брала настойчивостью, невероятным упорством и хитростью. Временами даже хотелось назвать ее братом – настолько близкими оказывались их переживания. Ей удивительно легко сходили с рук и синяки, и разбитые коленки, и заляпанный акварельными красками фотоальбом.
В какой – то момент взросления Саша очень похорошела, – настолько, что мальчишки стали ходить за ней табуном, и Николай, вдруг оказавшийся в стороне, всем существом забил тревогу, опасаясь, как бы сестрица не вздумала променять его душевную компанию на кого- нибудь из этих ребят. Ему не хотелось, чтобы она взрослела, и на нее заглядывались другие. Братская безусловная любовь ревностно оберегала ее от всякой близкой дружбы.
Теперь эти двое сидели в гостиной, как прежде необходимые друг другу, пили крепкий кофе, баловались коньяком, много курили. Две пары карих глаз смотрели друг на друга, и каждый находил в них свое отражение.
Катерина в этот день уехала ухаживать за больной тетушкой в деревню, потому просила супруга передать сестре свои извинения за то, что не может встретить ее.
– Я слышала актриса Жанна Ковальская здесь? – спросила Саша, слегка прищуривая глаза и смачно затягиваясь очередной сигаретой.
– Да, это правда, – не без горечи ответил вслух Николай, выдыхая остатки дыма.
– Ну, так что? Где она? Как у вас?
– Сашка, не трави мне душу, прошу. Столько лет прошло. Я виноват перед ней.
– Время все расставляет по своим местам. А виноваты всегда оба. Ты не пробовал с ней объясниться?
– Она знать меня не хочет. Ты- то как, родная?
– Да все в порядке. Живу.
– А у тебя всегда все хорошо. Умница, одним словом. Своего ни за что не упустишь.
– Смотря что своим называть. Но, дорогой мой братик, что- то я опять слышу грусть в твоих словах.
– Ты моя любимая сестра!
– И я люблю тебя очень. Давай все же пригласи Жанну! Давно не виделись, хочется пообщаться. Глядишь, может, вам и поговорить удастся. Заодно отметим мой приезд и вашу успешно завершенную работу.
– Еще рано поздравлять друг друга. Вот состоится премьера… Потерпи до завтра.
– Да ладно тебе, кокетка, прибедняться! Твоя работа достойна самой высокой похвалы.
– Твоя поддержка мне нужнее всего. Ты одна, я знаю, никогда меня не предашь.
– Помни и о наших родителях. Они очень скучают. Мама жаловалась, что ты совсем ее забыл.
– В прошлом году мы были у нее с Катей.
– Вот- вот, а сама Катя как? Береги жену, братик, береги.
– Хватит меня стыдить, Котик. Я сам знаю, что неблагодарной свиньей вырос и любить не умею.