– Сам ты еетя!– вскрикнула Кетрин.– Сам для себя я решить смогу!

Закончила она и откинулась в пуфике. Теперь она почти лежала и смотрела в потолок.

– Ужасно! Рифма приметивна, ритм черт знает какой, про слог я вообще молчу!– констатировала девушка.

– Да? А мне нравиться! Есть в этом что-то! На великую поэзию не тянет, но …А кто автор?

–Я, собственной персоной, – отвлеченно бросила Кетрин.

– О, так это здорово! Они немного резковаты, но для подростка очень даже неплохо! Тебя ждет хорошее будущее!

– Да! Будущее инженера– строителя! Всегда о таком мечтала!– выдавила сквозь зубы девушка. Она взяла брошюру, лежавшую на полу. Смяла ее, даже не рассмотрев, и начала подбрасывать вверх к потоку, словно плохо прыгающий мячик.

– В смысле?

– Недавно мы проходили определение и меня определило на специальность инженера– строителя!

Грубый голос срывался на писк, девушка стала хлюпать носом. Она скрутилась и уперлась лицом в колени, поминутно проводя ладонями по мокрым глазам. Коил растерянно смотрел на нее. Слезы всегда выдавали в нем странное чувство, тем боле слезы девушки, да еще и почти ребенка. Он отвел взгляд в пол, ковыряя пальцем смятый кусок бумаги и кусая губы. Ему казалось, что он должен что-то сделать, должен что-то сказать. И он сказал:

–Может это какая-то ошибка?

Кто знает, что нужно говорить в такой ситуации, но, видимо, не это. Кетрин посмотрела на него злобными, заплаканнымиглазами и, обняв колени, обратила свой взгляд в пространство перед собой.

–Хочешь, я обниму тебя, – неожиданно для самого себя, полушепотом пробормотал Коил. Он уже успел подумать, что опять сказал что-то не так, но девушка вдруг встала. Она подошла к нему, взглянула на него красными глазами и спросила:

–А можно?

Парень робко кивнул, и Кетрин обхватила его своими тонкими руками. Она уткнулась носом в его грудь и зарыдала.Ее маленькое, хрупкое тельце собралось при каждом вздоха, она всхлипывала и все сильнее прижималась к почти незнакомому ей человеку.

Коил приобнял это существо, он, как ему казалось, испытывал туже боль, тоже страдание. Парень бы хотел прижать ее сильнее, заглушить эти всхлипы. Но он боялся: Кетрин в этот момент показалась ему такой хрупкой, будто вот-вот разлетится, словно одуванчик.

Глава 4

Этой ночью Коил долго не мог уснуть. Мысли впервые за долгое время крутились у него в голове бурным водоворотом. Что-то странное творилось с ним, и этого парень никак не мог объяснить. Единственное, что он понимал, так это то, что всю свою жизнь он был слеп. Слеп и глуп. Вот что думал о себе наш герой.

Картина прошедшего прокручивалась в голове много раз. Что за странное чувство посетило его? Почему он сделал то, что сделал? Сперва Коил подумал о любви, но быстро отбросил этот вариант в связи с его глупостью, надуманностью и излишним романтизмом.

–А что такое романтизм?– подумалось Котлу, но он быстро заключил, что к делу это не относиться, хотя можно и поискать ответ.

Вскоре он словил себя на том, что уже почти час ночи, завтра на работу, а он сидит в интернете, читая о литературе 18 века. Да, кажется, все пошло немного не туда.

Возвращение в постель не помогло, парню было неудобно: впервые фонарь светит ему прямо в окно, под одеялом было невыносимо душно, а на душе гадко.

Если это не любовь, то быть может жалость? Сострадание? Или материнский инстинкт, только отцовский? Как все запутанно…

Коил вспомнил свой день определения. У него не было каких-то особых предпочтений и талантов, его вполне устроила работа страхового агента. Он пытался вспомнить, какова была реакция одноклассников на их определение, но воспоминания не столь далёкие казались ему недосягаемыми.

– А Вика? Интересно, она любит свою работу? Она отличный бариста, но хочет ли она этого? А Стен? Он радостный такой, но сам же мне говорил про несправедливость формульного отсчета. Это как минимум странно. А Кетрин? Много ли таких, как она? Если подумать, то наверняка много.

Так герой думал и рассуждал еще долго, иногда вслух, иногда просебя. Когда он очнулся от раздумий, на часах было почти 4 часа утра.

– Класс, можно уже и вовсе не ложиться!

Коил встал с кровати и подошел к столу. На нем еще с вечера стояла нетронутая чашка чая, а рядом лежал листок с номером телефона и припиской « Если Вы поймёте, что надо что-то менять в этой жизни, то позвоните или прийдите к нам. Всегда будем Вам рады, Ваш Крис Пранс».

Коил сел на стул и стал перечитывать эти слова, ища в них тайный смысл и попивая холодный, немного горький чай.

Глава 5

Пронзительный звон будильника сотрясал воздух комнаты. Коил поднял тяжелую голову со стола и потер покрасневшую щеку, делая ее еще краснее. Парень приоткрыл глаза, но тут же пожалел о своем решении. Ослепительный дневной свет резал их, будто нож. Он невольно скривился и потянулся за телефоном, дабы узнать время. Было уже восемь утра.

– Черт,– буркнул себе под нос Коил и упал на стол, немного ударившись лбом о дерево с характерными звуком и болью.