Шрифт:
Фабрикант Альтхаммер, за шестьдесят, убелен сединой, опасается, что «с Баудером на производстве возникнет неспокойная обстановка», он не может принять его на работу.
Баудер (горячо): «А члена НДП вы бы приняли на работу?»
Альтхаммер: «Нет. Я был национал-социалистом и даже сегодня не стыжусь признаться в этом. Но у НДП нет права стоять с нами на одной доске, они — предатели нашей идеи, потому что они лишь копируют нас».
Альтхаммер (мне): «От вас никто не требовал рассказывать мне все это».
Он представляет меня своему инженеру, лет тридцати. Тот с сожалением замечает, что недавно принял двоих. Узнав мотивы моего увольнения, говорит: «Да, но разве это причина, я вообще не могу себе представить, почему ваша деятельность кого-то беспокоила».
«У нас там был левый производственный совет».
Инженер: «Здесь с вами такого бы не случилось, у нас вообще нет производственного совета. — Он помечает в своей записной книжке мои анкетные данные. — Как только освободится место, я тотчас уведомлю вас».
Фирма Фрейя, завод по изготовлению машин для колбасного производства, Больгейм, примерно 50 работающих.
Когда Баудер первый раз предлагает свои услуги —
Фрей: «Я не могу принять вас на работу. Вы живете слишком далеко. Для меня важно, чтобы мои рабочие жили поблизости и в нужный момент всегда были под рукой. Вы живете слишком далеко».
(Больгейм находится в восьми километрах от, Хейденгейма, где проживает Баудер).
Второй разговор — неделю спустя, фабрикант сидит в гостинице «У липы»: «A-а, вот и коммунист, которого выгнали на улицу».
Завсегдатаи ресторанчика в том же тоне приветствуют Баудера.
Баудер: «Господин Фрей, я подыскал жилье здесь»!
Фрей (помедлив): «…Я не нуждаюсь в вас. У нас прекрасный производственный климат, вы его только испортите. Мы — одна большая семья, и я не позволю разрушить ее. На своем предприятии я сам устанавливаю социальную справедливость».
Баудер: «Это делает вам честь, господин Фрей».
Фрей: «Я даю вам один добрый совет: если нигде не устроитесь, займитесь свободным предпринимательством. Начните с малого, а когда что-нибудь скопите, заставьте работать на себя других».
Баудер: «Но не может же каждый сделаться предпринимателем!»
Фрей: «Почему бы и нет?»
Баудер: «Если все станут предпринимателями, кому же тогда работать?»
Фрей: «Но ведь дураки еще не перевелись…»
Когда два дня спустя я представляюсь фабриканту колбасных машин Фрею членом НДП, он, заметив по моему поводу «симпатичный молодой человек», сразу же дает мне заполнить бланк о приеме на работу.
Фирма «Войт КГ и ГмбХ», машиностроительный завод, 7 тысяч работающих.
Баудер: «Вот уже десять недель, как я безработный. Ваша фирма самое крупное предприятие в Хейденгейме, я и решил: схожу-ка туда, наверняка есть надежда устроиться, там всегда требуются рабочие руки».
Начальник отдела кадров Этингер не предлагает Баудеру сесть. Небрежно развалившись в кресле, просит Баудера повторить фамилию по буквам. Кажется, он в курсе дела. «Сейчас слесарей у нас достаточно, в ком мы действительно нуждаемся — так это в подсобниках».
Баудер: «Выбирать не приходится».
Этингер: «Правда, в данный момент мы не испытываем острой необходимости в подсобниках. Баудер Гюнтер, правильно? Только вначале мне придется доложить об этом начальству. О принятом решении вы будете уведомлены в установленном порядке».
В ведомстве по вопросам труда Баудеру сказали, что «Войту» требуются слесари, но оговорились, правда, что не такие, как он.
Баудер напомнил о себе еще раз: «В ведомстве по вопросам труда мне сказали, что, возможно, вам еще требуются слесари».
Этингер: «Не пытайтесь оказать на меня давление. Я же сказал вам, что мне необходимо проконсультироваться с руководством фирмы, которое и примет окончательное решение».
Несколько дней спустя: «Итак, мы не возьмем вас ни при каких обстоятельствах».
Меня в фирме «Войт» принимает заместитель Этингера Шварц. Он предлагает мне стул. После того, как я досказал ему до конца свою историю, замечает: «Ну что ж, нас, в сущности, абсолютно не интересуют ваши политические взгляды. У нас также не у всех взгляды совпадают с общепринятыми».