– Щас, - не умея скрыть хорошего настроения, Юрка широко улыбнулся.
– Вали отсюда. Не подаю по субботам, а потому, свободен.

Юрка завел мотор и, осторожно подгазовывая непрогретым мотором, вывел погрузчик на площадку перед боксом. Хмарку Сереги Хохла осматривал, пританцовывая, Андрей, в камуфляжной спецовке и ярко-желтой бейсболке.

– Конкурирующей фирме физкульт-привет, - Андрей взмахнул над головой кулаком.

– Здорово, - коротко ответил Юрка и снова схватился за ветошку, принялся вновь обтирать борта, скрывая улыбку.

Грубить по-обыкновению сегодня никак не получалось. Да и многое их связывало с Андреем. Считай полгода изо дня в день восстанавливали погрузчики, машины, оборудование складов. Автодорожный институт Андрея неплохо дополнял Юркины практические познания. Случалось, и ругнуться накоротке, и приуныть над неразрешимой задачкой, и порадоваться шелестящему лепетанию изначально “мертвой” техники.

Склады располагались в десять рядов. Ряд - три здания. А между офисом и первым рядом площадь сто на триста метров, гоняй-не хочу. Программа соревнований включала два этапа. Первое, на время: проехать пять метров, подхватить поддон, со стоящим на нем ведром воды, и поставить на крышу грузового контейнера; вернуться на старт и проделать все в обратном порядке.

Второе упражнение - гонка в два круга. Круг включал проезды по рампе, спуск и подъем по пандусам, проезд по “пересеченной местности”, не заасфальтированный ухабистый участок в углу двора, и двести метров ровной бетонки - скоростной участок. Рядком стояли четырнадцать поддонов, на каждом из которых по три ящика столбиком, груз легкий и неустойчивый.

За столиком рассаживались судьи: Батя, Мария Сергеевна, завскладом запчастей, и обиженно поглядывал из-под бровей Данила - главный судья. Серега Хохол бегал по площадке, расставляя машины вдоль белой сплошной полосы.

– Тебе хочется сдать задом? И как ты себе это представляешь?
– громко выспрашивал Масю.
– Нет, мы конечно можем подвинуть и столик, и судей, и Батю, но тебе будет стыдно. Гони в конец своего Кента.

Длинный Мася на приземистом широкозадом Кенте, трехтонном “Порше”, идеально складывался в образ кентавра, и зрители начали улыбаться. Юрка оказался в середине ряда, между Мустангом Васьки Кучерявого и Хмаркой. Недовольно поморщился в ответ на улыбку Андрея: не понял, о чем тот говорит, протягивая красную бейсболку. Подвинулся на сиденье:

– Ну?

– Тебе пойдет, под цвет.

Юрка помедлил, взял бейсболку и напялил на голову. Свою черную сунул под сиденье.

– Андрей, коньяк в силе?

– Обижаешь?

– Если выиграешь, два с меня, - Юрка показал два пальца.
– Согласен?

– Гут. Зер гут. Очень хорошо. Я тебя умою.

– Не кажи гоп.

– Водителей просят пройти на жеребьевку, - объявил в громкоговоритель-матюгальник Серега Хохол.

Мария Сергеевна приоткрывала каждому крышку пластмассового ведерка. Водитель называл номер, Серега повторял в громкоговоритель. Андрею достался первый. Юрка, тянул руку к ведерку, смущаясь от Машиной улыбки, - восьмой.

– Счастливый, - сказал ей, почти шепнул. Зашагал к погрузчику: “Чем счастливый? Почему счастливый? Просто, счастливый!”

Серега Хохол в роли судьи-информатора оказался “на уровне”. С громкоговорителем и секундомером в руках являл собой персону значительную и ответственную:

– Всем участникам желаю честной борьбы и заслуженной победы, - журчал в матюгальник мягким южно-русским говорком.

Синий двухтонный “Порш” Хмарка выкатился из ряда и, нарисовав плавную дугу, замер перед стартовой чертой. Андрей, слегка наклонившись вперед, ждал команды. Серега взмахнул секундомером. Хмарка пыхнула темно-серым дымком и сорвалась с места.

Хитрость задания - пластиковое узкое ведро с водой. Резкий рывок или грубое торможение вызывает немедленное опрокидывание. В полуметре Хмарка плавно тормознула, завела клыки снизу; приостановилась, поднимая груз, и с ускорением двинулась вперед.

Андрей не терял времени: поднял поддон на двухметровую высоту и поставил краем точно по обрезу контейнера. Сдал задним ходом на линию, подмигнул Сереге, и снова придавил газ.

– Шестьдесят три секунды, - объявил Серега.
– Серьезная заявка на победу. Посмотрим, чем ответят другие участники.

Среди зрителей, их собралось на рампе склада и у судейского столика до сотни, раздались редкие аплодисменты. Васька Кучерявый на Мустанге уложился в две минуты, маленький Женька на Шварце в полторы.

Аплодисменты звучали все чаще. Зрители начинали различать ошибки и шероховатости, особенности в манере вождения, учились видеть красоту в работе профессионалов.

Брутальный кентавр Мася легко справился с заданием, но поддон поставил на землю грубо. Ведро подпрыгнуло и опрокинулось. Зрители ответили сочувственным вздохом. Судьи добавили штрафные секунды. Кентавр, негодующе дымя черным, вернулся на линию.