Быстро распрощавшись с Натальей Викторовной и не сказав ни слова прощания Саше, начала звонить. Своей маме, говоря, что малыша буду воспитывать одна. Катьке, крича, что соглашаюсь на предложение ее мужа и в скором времени приеду в Казань. И Саше, чтобы задать те самые тысячу вопросов.

Мама моя была в своем репертуаре. Тут же начала перезванивать Сане. Не знаю, о чем они разговаривали, но потом мама, которая меня саму вырастила и воспитала без отца, неожиданно заявила, что либо я договариваюсь с Натальей Викторовной, и ребенок рождается в полной семье, либо "разбираюсь со всем сама" - в одиночку, без поддержки родных. И я вдруг остро почувствовала, что такое, когда тебя бросают самые близкие люди, хоть и понимала, что мама так сказал в сердцах.

Катя, пытаясь перекричать плачущую Алсушу, заявила, что я самая настоящая идиотка, если решила ехать в Казань только сейчас, когда меня зовут уже давно, едва стало известно о беременности. И Наталья Викторовна снова становится причиной моего отъезда в славную столицу республики Татарстан. "Пойми, Крис, эта женщина костьми ляжет, но никогда не позволит вам с Сашкой быть вместе, хоть ты ему целый детский садик роди!"

Саша не отвечал ни на звонки, ни на смс.

Приехала домой и тут же начала собирать чемодан, совершенно не заботясь о том, как я его повезу - большой, громоздкий, тяжелый. В косметичке лежит тест на беременность - тот самый, один из первых. Сохранила на память. Как там в анекдоте? Первая фотография ребенка - две полоски.

– Мать сказала, что ты эти полоски фломастером нарисовала.

В папке с документами - снимки УЗИ и результаты второстепенных обследований. Обменная карта у врача.

– Мать сказала, что карта - это документ, а любой документ можно подделать.

– Мать сказала, что с врачами ты договорилась, и они за деньги подтвердят, что ты беременна.

Каждый раз я молча проглатывала обиду и ждала, когда появится малыш - живое доказательство того, что я не обманываю.

Господи, как...? Как после подобных обвинений я должна относиться к этой женщине?

Сложила в чемодан джинсы. Позвонила Саше. "Телефон абонента выключен". Спортивные шорты. "Телефон абонента выключен". Летний сарафан. Теплый свитер. "Телефон абонента выключен". Любимая чашка с веселым пожеланием, которую мне подарил одноклассник еще в седьмом или восьмом классе - вдребезги разлетелась о стену. Теперь осколки братской могилой лежали на полу. Легче не стало. Меня не пугала мысль о том, что я буду воспитывать сына одна в чужом городе.

Наверное, я набирала до боли знакомые цифры раз пятьдесят, и на пятьдесят первый Саша соизволил ответить. Предложил встретиться у кинотеатра, куда мы с ним как раз шли, пока не наткнулись на его мать. У меня будто груз с души свалился. "Не все потеряно" - так думала я в автобусе, немного задыхаясь от духоты, несмотря на январь-месяц. Так думала я, встретив его с улыбкой у ДС "Космос". Так думала я, сидя рядом с ним в соседних креслах и смотря на большом экране "Богов Египта". Саша сказал, что поругался с родителями, и я почему-то обрадовалась этому не совсем положительному факту. Может, не так уж и сильно он зависим от матери?

Наверное, я все же не до конца тогда осознавала всю серьезность ситуации, в которой оказалась. Я боялась лишь одного - сойти с ума без Саши. А Наталья Викторовна целенаправленно вела активную подрывную деятельность. Никого в этой жизни я не ненавижу так, как ее.

И снова поехала в Москву, в монастырь - только уже с тетей Светой и дядей Виталей Савостиными, родителями Кати с Машей. У меня была даже мысль остаться там, но отговорили. А мысль эта у меня была настолько твердая и глубокая... как предчувствие. Потому что потом случилась авария. Для меня она стала самым страшным событием в жизни. Пострашнее, чем для государства - атомная война.

Не знаю, есть ли взаимосвязь, но за день до этого я опять случайно столкнулась с Натальей Викторовной. Мы с Машей Савостиной, которая как раз приехала на выходные к родителям, решили встретиться и отметить женский день за какой-то мелодрамой в кинотеатре. И пока я ждала Машу, решила прогуляться по холлу "Русича". Гляжу - на диванчике сидит Наталья Викторовна и в упор смотрит на меня.

Твою мать! Когда в своей жизни я успела так сильно накосячить, что мне так хронически не везет?

Очень хотелось развернуться и уйти. К черту и кино, и Машку, и тем более госпожу Вычерову. Она-то что в кинотеатре делает? И тем более одна... Хотя, наверное, она с маленьким Димончиком - вон сколько детворы под ногами бегает.

Но решила, что надо сделать еще одну попытку завоевать расположение Сашиной матери. Как-никак, она бабушка нашего будущего малыша и моя потенциальная свекровь. Конечно, попытка будет бесполезной, но с меня не убудет.

– Здрасьте, - на негнущихся ногах подошла я к ней.