Мне, похоже, суждено до конца дней своих пребывать в реальности похмелья: нет пива, нет вина, водка тю-тю и, следовательно, нет положительных эмоций, а хочется - и от такого расклада болит голова.

Сам виноват. Почти год назад сдуру пообещал...

...утро.

Плохо.

Не оттого, что утро, а от того, что хорошо, когда накануне много. Это сейчас плохо, а ведь ещё недавно очень даже наоборот было. Ну, вы меня поняли, да?

На диване сидит мама и смотрит - слёзы в глазах - на меня, на кого ж ещё:

– Саша, ты вчера опять пришёл пьяный. Сколько можно?

– Разве? Совсем не пьяный.

– Ты спиваешься.

– Не мели ерундой.

– Саша, давай пойдём к наркологу.

Опаньки, это что-то новенькое.

– Ты как... нормально себя?

– Но ты же спиваешься!

– Ну, выпил. Чуть-чуть. Да я у тебя вообще золотой: вены не порчу, не наркоман в смысле, колёса не кушаю, ацетон не нюхаю, учусь хорошо, мусор выношу регулярно - шо тебе ещё надо? Ну, выпил чуть-чуть... два пива. А ты вот так меня? Э-э-эх!

Громко вздыхаю и отворачиваюсь к стенке - с намёком, что аудиенция окончена.

Тишина. Сопение.

– Саша, покажи руки.

– Шо?!

– Пожалуйста!

Зверею и начинаю откровенно издеваться:

– Руки? А зачем руки? Нормальные неглупые ребята инъекции делают под язык, в шею, ноги и - знаешь? нет?
– в паховые вены! Хочешь - паховые вены покажу?!

По глазам вижу - хочет. Но попросить не решается. Сдаюсь:

– Мам, хочешь, я пить брошу? Совсем?..

Год. Целый год. Выкинутый из общественной жизни - лишний год.

Но учеба благополучно заканчивается (ни один кошмар не обходится без "THE END" перед титрами), и лучшие представители школьной элиты покидают - без сожаления!
– знойный город и до аллергии любимых предков. Дабы приобщиться к сельской романтике. Под бдительным надзором учителей.

Но следует учесть, что уважаемые педагоги тоже оставляют дома кое-кого кто в печёнках уже и три незабываемых недели собираются отдыхать по полной программе. Эта программа, скажем честно, весьма отличается от рекомендованной Министерством Образования. Настолько отличается, что мне приходится в срочном порядке пересмотреть некоторые свои необдуманные высказывания, несколько подрастерявшие актуальность за давностью лет.

Изрядно хлебнув водки в первый же день (вечер? ночь?), лениво выпуская в темноту дым, я обдумывал достойное оправдание.

Что я пообещал: не пить.

Что под этим обещанием подразумевала маман: не приходить домой пьяным.

Что я сделал: выпил.

Но: не пришёл домой на бровях.

Значит: по понятиям маман я не пил.

Что я пообещал: не пить.

Вывод: какие проблемы?

Умиротворённо отхожу ко сну. В конце-то концов, год прошёл, и амнистия за хорошее поведение мне однозначно положена. Здравствуйте, мои миленькие вертолётики, я уже успел позабыть какие вы мерзопротивные, как же меня от вас укачивает. Ничего, утром всё равно пол надо будет мыть.

Запомните, кто не в курсе, детство заканчивается, когда мама перестаёт стирать вам носки. Аксиома номер два: настоящий отрыв называется ЛТО.

Лагерь труда и отдыха "Солнечный".

Три недели пролетели слишком быстро.

1. ШКОЛЬНИКИ

Солдат шёл по улице домой

И увидел этих ребят.

"Кто ваша мама, ребята?" -

Спросил у ребят солдат.

Мама - анархия,

Папа - стакан портвейна!

"Кино"

НЕОБЪЯТНЫЕ ПОЛЯ РОДИНЫ

Зима. А тогда лето было. Жаркое-жаркое. И пить всё время хотелось. Или воды, или пива. Хотя от водки тоже никто не отказался бы. Главное, под ногами не скользко было - пыль под ногами - не лёд. И не холодно - лето как-никак. Мне, правда, и сейчас вполне комфортно, но это субъективно очень. А на градуснике минус знатный - я же чувствую: если мордашку пощипывать начинает, значит, градусов двадцать точно есть. А на таком ветру и у Деда Мороза причинное место сосулькой станет. Ни одна Снегурочка не отогреет, только горлышко застудит.

А лежать-то зябко. Я почти с нетерпением жду, когда нас поджарят.

А тогда...

...девяносто два дня - лето...

* * *

Поля.

Необъятные поля Родины.

Когда ж они, бля, закончатся, эти конченые поля?! Третий час идём. Жара. Некультивированная земля, ссохшаяся валунами. Как только ноги до сих пор целы, удивляюсь. А, поди, ещё не подвернул ни разу.

Громадный рюкзак - не быть мне туристом - всё время норовит опрокинуть на спину, и тяжеленная сумка в руке настаивает на подчинении закону всемирного тяготения. Остальным не легче.