Я поклонился и постарался заключить в простые слова благодарности всю ту бурю, что создала во мне недавняя ситуация. Девушки переглянулись, и рыжая отвечает:

– Будешь должен, мы потом подумаем, – говорит она голосом с игривыми нотками, – как сможешь вернуть долг.

– Хорошо…– успел вымолвить я, вслед убежавшим и заливисто смеющимся спасительницам. Мысли взяли новый виток “возврата долга” и лишь отогнав этих настырных чаек, позволил себе отряхнуться.

Пытаясь восстановить хронологию недавних событий, вдруг обнаружил, что воспоминаний, связанных с падением, нет и только симпатичные лица девушек, да звонкие голоса осталась приятным эхом в голове. Губы понемногу растянулись в улыбке от всей этой странной, но прикольной ситуации и я продолжил путь.

Перед аркой входа на территорию школы, что возносится ввысь подобно сводам храма, пришлось остановиться – из роскошного автомобиля выходит девушка, в столь же эффектной форме “Бастиона”, только женской. Я понимаю, что не могу отвести взор от её небесной красоты. Глубокие озёра глаз манят и чаруют, тёмно-русые аккуратные брови, словно росчерки пера. Я с замиранием сердца скольжу взглядом по контуру профиля под медленное течение секунд. Волосы по стандарту школы собраны в шишку и скрыты сеточкой, моё же воображение уже рисует этот гладкий и обильный водопад.

Вся суматоха перед входом из-за красавицы, уж не знаю, что это за предмет воздыхания для остальных, но я восхищён до глубины души! Ноги наконец обрели способность идти, только собрался сделать шаг, как всё же ухватил толику хрустальных нот – девушка повернулась и бросила на меня лёгкий взгляд. Её взор тут же метнулся на место, но я ощущаю внутри пробуждение вулкана.

Наконец удалось войти на территорию. Старшая школа “Бастион” поистине олицетворяет монументальность: территория огромна – более квадратного километра: тут и спортивный комплекс, и библиотека, и комнаты для кружков, над всем этим высится учебный корпус, почти замок – Бастион. В современном стиле, без башенок и флагов, производит мощное впечатление, эдакий волнорез черного цвета. Я был здесь всего несколько раз, пока шли экзамены, и до сих пор нутро трепещет.

Перед тем как войти, ещё раз оглядываю двор, только уже с высоты парадной лестницы. По бокам ряд флагштоков: знамя Империи Симфония, полотнище столицы – Ружияра и в конце – Бастиона. Здесь, на маслянисто-черном поле, ледяной, с острыми краями и крыльями, средневековый шлем, я бы даже сказал драконья морда. По коже бегут мурашки, словно дует северный ветер – весьма подходящий школе штандарт.

А вот раздевалка, с личными шкафчиками, встречает тепло и уютно. Школа лишь внешне может отпугивать, нутро же полнит забота о воспитанниках, где отличительной чертой организации управления служат традиции и власть учеников. Директор, с главой преподавательского состава, обладают правами не большими, чем так называемый Учебный Совет. Выделяя из классов самых ответственных и склонных к организации, ученики творят быт и суть, что меня, если на чистоту, особо не волнует – в управление не рвусь и на роль пай мальчика не подхожу. Чур меня! Даже поплевать через плечо захотелось, но лишнее – я точно в учсовет не попаду!

На сегодня запланированы два мероприятия: приветственная речь и знакомство с классом. Я на память иду по коридору, поворот на право и лестница вверх. На втором этаже вновь коридор, где справа окна с видом на изобилующий зеленью двор, а по левую руку – череда раздвижных дверей в аудитории. Иду уверенно прямо, только вот тупик впереди – стенка и картина в центре, а слева информдоска с путями эвакуации. С правой же, череда окон кончается, уступая место двери. Если в аудиториях стоят раздвижные, ну или попроще, эта прям аристократическое полотно: шпон морёный под красное дерево, инкрустация иными породами, лак блестит так, будто маляр только ушел. Неожиданно, дверь со всей массивной медлительностью открылась, в просвете вижу столь же роскошную обстановку кабинета, а из него выходит недавняя красавица. Рядом четыре ученика, словно свита королевы. Молча смотрим друг на друга и я чувствую, как растёт напряжение. Слова же застряли в горле от удивительной красоты девушки и ей особенных глаз. Да и что говорить? Двое парней и пара девушек тоже молчат, все разные, но лица собраны и чуть суровы.

– Ты ко мне? – выпустили слова губы прекрасной незнакомки.

– Э-э, нет, – выговорил я. – Кажется заблудился. Мне нужно на Приветствие, в актовый зал.

Веки девушки чуть приподнялись, очаровывая большими фиалковыми глазами.

– Нам тоже туда, пошли вместе.

Она говорит мягко, чарующе-приятным голосом. Я немного выпал из мира под впечатлением и девушке пришлось повторить. Один из парней, что заметно выше, а шириной плеч соперничает с дверьми, нахмурил брови. Итак грозный взгляд, обрёл угрожающие тона.

– Ой, извини… спасибо большое! – выпалил я.

– Пошли, – спокойно ответила она.

Одно из правил предписывает обращаться только на “ты”. Однако, находясь рядом со столь красивой особой, одёргиваю себя порываясь “выкнуть”.

Идём по коридорам и переходам, впереди Она. По левую сторону две девушки, очень симпатичные и разные, как лед и пламя. Справа парни и у меня вдруг появились догадки, что рослый – ответственный за спортивную деятельность школы, а второй, чей вид более окладист и ростом пониже меня, плюс худощав – наверняка за научную сферу, разве что очков не хватает, но в Бастион берут лишь со стопроцентным зрением. Стоп!.. Ладно с другими, но тогда само очарование и трепет сердца моего – председатель учебного совета?!

– Простите, – осилил обратиться я, – то есть, прости, а ты случайно не председатель?

Вижу, как голова поворачивается и под сеткой качнулись обильные тёмно-русые волосы.

– Да, – вновь спокойный и ровный ответ. – Исинн Вероника, глава учебного совета школы Бастион.

Поражённо спешу произнести:

– О-очень приятно, меня зовут…

– Драй Матус, будем знакомы, – оборвала глава, безмерно удивляя.

– Но, откуда ты знаешь?! – удивлённо поинтересовался я.

– Лично курирую поступление в школу. Итак, – оповещает Вероника, – мы пришли.