Дивергентка наоборот - Эсаулова Марфа

– ХМ! Вы уверены, что ваши органы нужны кому-то из знаменитостей?

На свалке достаточно молодых, здоровых тел бомжей - строительного материала общества!
– агент с интересом просканировал меня взглядом, через кожу оценивал состояние внутренних органов.
– К сожалению, ваши мозги для нас стоят дороже, чем ваши печень, селезёнка и длинные - поэтому никому не нужны на запчасти - ноги.

Он поймал моё неуловимое движение боксерши.

Удивительно, но в нашем с папой кабаке, я всегда опережала в драке пьяных клиентов.

(Наверно, они стеснялись ударить девочку, полагали, что избиение младенца выше достоинства рыбака кабальеро!).

Агенту бюро по трудоустройству сомнения отбили в детстве... вместе с совестью и почками.

Он нажал на кнопку, и на меня упала рыболовная прочная платиновая сеть.

Поймали девочку, поставили в один модельный ряд с щукой.

Я понимала, что киношные крики - Спасите! Помогите! Убивают!
– не пройдут сквозь стены, облепленные шумоизоляционными плитами.

И, очевидно, что трюк с сеткой и поимкой добычи - обычный в ЭТОМ агентстве, всё предусмотрено до сбора костей в совочек.

Особо ретивых клиентов или клиенток успокаивают усыпляющим газом или ударом колотушкой по шикарной сахарной голове.

Лекса через десять минут ожидания войдёт в кабинет, спросит, куда я делась без звонков, без прощаний, без волнений, свойственных подружкам при расставании.

Агент ответит, что Александра бредит, и никакой Васы в его кабинете не было, Васа - мираж, а Лексе нужно лечиться от своих девичьих фантазий, будто у неё была подруга.

Лекса устроит скандал, а затем побежит в полицию, по дороге сломает каблук (она всегда ломает каблуки, когда торопится, словно каблук - пробирка со временем).

В полиции над Лексой посмеются, прогонят и предупредят, что в следующий раз её посадят за поклёп на добрых людей, за бродяжничество и за пессимистический взгляд на Жизнь (пессимизм запрещен в Малых Империях, все радуются на карнавалах).

Лекса поймём, что меня похитили из-за тайны бананов Удачи!

Для приличия я подвигала тонкими изящными руками и пространственно бесконечными ногами, попробовала сетку на прочность, иначе меня не воспримут серьёзно, как лемуроакулу.

Ожидаемо меня поместили в закрытый автобус, где уже плескались несколько рыб - пять девочек и несколько существ, в истерике отдаленно напоминающие мальчиков.

Мальчиков - лет пятнадцати, семнадцати - будто бы карикатурист нарисовал на сломанной двери, а затем художник инвалид подбавил от своего мировоззрения.

Один - очкастый ботаник с перекошенным лицом и выражением вечной надменности на остатке лица, которое выглядывало из-под канализационных толстенных стёкол очков.

Ботаник с презрением взглянул на меня (на супер модель!) и отвернулся, с бурчанием:

– Ещё одна фифа!

Другой мальчик - волшебник, потому что один глаз у него закрыт пиратской повязкой, а второй глаз смотрит на небо через железную крышу автобуса.

Остальные парни выглядели еще хуже, их собирали в тайной лаборатории Франкенштейна и сшивали капроновыми нитками.

На девочек я не смотрела, чтобы не испортить аппетит и прежние представления о Париже, где все - красавцы и красавицы неписаные.

Автобус тронулся, и я тронулась - АХА-ХА-ХА-ХА!

Шутка мне строить и жить помогала... до этих пор, когда меня скрестили с медузой.

С места, рядом с водительским, поднялся парень лет двадцати-ста.

Невысокий, свернутый влево, сутулый с прозрачным незапоминающимся лицом лампочки.

Волосы у него - солома, глаза - голубика.

– Я всё могу! Я - ваш Царь и бог!
– парень начал представление, от которого у меня внутри разморозилась курица.
– Вы иронией Судьбы оказались в команде дивергенции!

Вы - дивергенты!

– Чё?
– непроизвольное слово ласточкой вырвалось из моей души.

– Чё?
– одновременно со мной выдохнули очень худенькая и невысокая девочка, и другая - толстая пончик.

Худышка, наверно, гордо называла себя феей, миниатюрной прелестницей, Дюймовочкой, а по ночам рыдала в подушку над своей тщедушностью и гномовитой карликовостью.

Тучная, дородная - третья - противовес нам, бомба атомная.

Три "чё" затормозили речь парня, начинающего сольную карьеру оратора.

Он с интересом посмотрел на меня, затем облизал взглядом фею и тучную, словно никогда не видел разнообразие весов в природе.

– Отличные дивергентки - базис дивергенции!

Отныне вы держитесь вместе, как три помидора на грядке: спите вместе, кушайте втроём, даже санитарный узел посещайте вместе, иначе ваша молекула, состоящая из трёх атомов, развалится.