Шрифт:
– Осталось только Олесю с Олегом оттуда вытащить, - как бы невзначай ответил Онуфрий.
У Киры глаза расширились по пять рублей. Она вновь окинула друзей изучающим взглядом и не досчиталась несколько человек.
И только сейчас ей в двух словах объяснили, что произошло после похищения. А тренер в свою очередь поведала о том, как смело ее защищала Ырынга. И как раз на этом рассказе воительница и пришла.
– Вот и я Кате сказала, что лучше бы меня послушаться лишний раз. Но она при своем уме. Прикрывается твоими словами, как щитом, - самодовольно проговорила девушка.
– О чем ты?
– не поняла Кира.
– О мутанте, которого Онуфрий сюда притащил. О той самой, которая тебя дважды вырубила, - и на лице Ырынги появилось какое-то самоуверенное выражение, граничащее с навязчивостью, - ты ведь не станешь держать столь опасный объект среди своих друзей?
– Почему же? Я хочу поговорить с нею, - вдруг воскликнула "королева бумажек" и решила встать, как можно скорее, - а друзья пускай думают своей головой и не подходят к ней близко.
– Думают своей головой? Ну-ну, - и взгляд девушки загорелся недобрым огнем.
И по интонациям стало понятно, что чужестранка что-то скрывает. И готова вот-вот сорваться, чтобы разболтать все, что она знает. Осталось только найти глазами виновника торжества.
– Тут неприятные новости у меня для тебя, - ядовито проговорила Ырынга, скосив глаза в сторону, - твой Петя сегодня надругался надо мной. Пока я беспомощно лежала без сознания. Это было так подло, знаете ли.
И тишина. И абсолютный массовый шок.
До Киры даже не сразу дошло, что произошло. Ее будто по голове вновь ударили. И все тело в жар бросило.
Из толпы конников вышел взъерепененный Петя. Он орал на Ырынгу, обзывая ее всеми известными словами. Обвинял во лжи и называл проституткой. Но она была непоколебима и самоуверенна. Ни один мускул не дрогнул в ее лице. И судя по разыгравшейся сцене - что-то между ними точно было.
– Стоп, а разве ты не по женской части? Ну, ты разве не из тех...
– Оля пыталась подобрать слово помягче.
– Да, из тех, - горделиво ответила Ырынга, - но я ведь была без сознания. Представьте теперь, каково это.
– Прекрати паясничать, - наконец, раскатился рык Киры.
От ее настроя замолчали все. Даже Петя выглядел непривычно растерянным, хотя его сложно вывести из себя. А "королеву бумажек" всю трясло от злости и досады. Она вцепилась ногтями в собственные кисти, но не смогла унять эмоций.
– Кира, не слушай ее, - подался вперед альбинос.
– А кого мне слушать?
– посмотрела в его глаза девушка, - с такими вещами не шутят. И какой ей смысл врать?
– Чтобы рассорить нас, - парень начал злиться, - ей выгодно посеять разлад в наш коллектив!
– Наш коллектив, - подскочил вверх голос тренера, - не о коллективе сейчас конкретно идет речь. И я не хочу закатывать сцен у всех на глазах. Но просто скажи мне правду, глядя в зрачки: Ырынга не врет?
Петя помедлил с ответом. И хотя потом он засыпал девушку кучей оправданий и лишних слов, ей все стало понятно. Она сказала, что хочет побыть одна и быстрым шагом отправилась в сторону.
Петя попытался ее преследовать, но получил мощнейший удар в грудь телекинезом. После такого броска он тоже психанул и направился в противоположном направлении. Но по пути все-таки вновь наткнулся на Ырынгу и ее стервозную улыбку.
– И не думай, что ты победила, - процедил он сквозь зубы.
– Фи, что за глупости? Я и не думала никого побеждать, - как будто плюнула она ему в лицо и тут же страстно приблизилась, - но сегодня ты был мой. И ты этого не скроешь, хотя и любишь свою Киру...
– Отойди, стерва, - он грубо оттолкнул ее.
– Что, мальчик? Упустил свое счастье и теперь виноватых ищешь?
– шикнула она.
Петя с размаху дал ей пощечину за это. Никогда еще не поднимал руку на женщин, но что-то сегодня его будто подменили. Дважды нарушил собственные запреты. А остальные конники все больше подвергались шоку, не понимая, почему все так произошло.
Ырынга схватилась рукой за щеку, затем боль затмилась страстью во взгляде, и девушка ногтям медленно провела по своим прекрасным пухлым губам. Это был театр и она здесь - лучшая актриса.
– Не думай, что ты имеешь право так со мной обращаться, - на выдохе проговорила красотка и впилась когтями ему в живот, - я ведь тоже могу тебя поранить.
И она медленно повела руку наверх, оставляя порезы на его рубашке. Но юноша не отстранился и продолжал сверлить ее тяжелым взглядом. Ырынга едва не замурлыкала. Но он все-таки перехватил ее за кисть и сделал болевой прием. Девушка сладко простонала, и Петя в ужасе понял, что на нее никак нельзя повлиять. Это полностью испорченная особа, которая при этом ничего не боится.