Когда он закончил фразу, отец с матерью и сестрой возникли там же, где они были до исчезновения. Судя по позам и выражениям лиц, пребывание на корабле пришельцев прошло для них незамеченным.

– Как твои дырки в зубах?
– спросил Олег сестру.
– Что ты на меня так уставилась? Вы все только что побывали у тех пришельцев, о которых я говорил. Никаких болезней у вас больше нет. Может, дали еще что-нибудь, помимо здоровья, но мне об этом не сказали. Вам нужно говорить, что об этом необходимо молчать?

Светлана схватила лежавших на столе фонарь и подбежала к зеркалу.

– Дырки затянулись...
– растерянно сказала она, осмотрев рот.
– И старых пломб больше нет... Чудеса! Голова сильно болела, а теперь не болит.

– Будем надеяться, что и у нас все в порядке, - сказал отец.
– Не бойся, никто из нас не проговорится. Мог бы сказать и раньше.

– У меня выросли два зуба!
– с изумлением сказала мать.
– И куда-то исчезли коронки! Неужели все, о чем говорил Олег, правда?

– Рассказывай обо всем подробно!
– потребовала сестра.
– И чтобы в воскресенье привел сюда свою Лену! Послушаем еще ее, а заодно и посмотрим. Два месяца гуляешь с девушкой и до сих пор не показал ее семье!

Пришлось минут десять утолять их любопытство. Он рассказал обо всем, кроме своей смерти и разборок с Тавадзе. Еще умолчал о поцелуях и о последнем разговоре насчет отработки. У сестры и матери были еще вопросы, но Олег сказал, что проголодался и ушел на кухню ужинать. После ужина его уже не трогали, только отец спросил, что он собирается делать с деньгами.

– Ничего, папа, - ответил юноша.
– Я их вообще не просил, сами дали. Если нужно пополнить ваши счета, вы только скажите.

На следующий день Рустам в школу не пришел.

– Почему нет Тавадзе?
– спросила классная, которая вела первый урок.
– Дворкин, вы с ним, кажется, соседи?

– У него умер отец, Ирина Владимировна, - ответил Игорь.
– Какая ему сейчас учеба...

– Жаль!
– сказала учительница.
– Ладно, садись. Продолжим урок...

"Эта смерть не связана с нами?
– мысленно спросила Лена.
– Что ты молчишь?"

"Связана, - признался Олег.
– Его отец заказал меня каким то подонкам, один из которых попытался зарезать, когда я возвращался домой. Я с ним дрался, а Сергей страховал. Если бы он не отправил убийцу разобраться с приятелями и заказчиком, мне бы пришлось ждать других покушений. Я тогда сильно разозлился. Давай не будем это обсуждать? Я считаю, что поступил правильно, а если у тебя другое мнение, скажешь потом".

Учиться стало заметно труднее, и они теперь меньше отвлекались на разговоры. В этот день, на большой перемене, старшеклассников в первый раз накормили обедом. Первого не было, но гречневая каша с гуляшом и салатом были съедены за пять минут.

– Вкусно, - сказал Женька, запивая еду компотом.
– И приготовили хорошо, и все еще горячее. Могли бы и не увеличивать перемену. И так приходим домой вечером. Олег, ты говорил, что к вам должны подселить северян. Они уже приехали?

– Отец вчера сказал, что должны приехать сегодня, - ответил юноша.
– Когда вернусь из школы, уже должны быть.

Следующим уроком была история. На нем можно было сильно не напрягаться, поэтому Олег смог поговорить с защитником. Вопрос Третьякова заставил вспомнить то, что говорил о китайцах Павловский.

"Что ты знаешь о китайских беженцах?
– спросил он Сергея.
– Границы должны были закрыть, а я слышал, что во Владивостоке их сейчас больше, чем русских".

"Их там было много и перед катастрофой, - ответил тот.
– В области много китайских и совместных предприятий, которые не бросили работу. Расчеты ведут в рублях и в юанях. Запрещена иммиграция, а не торговля. Запрещали продавать продовольствие, все остальное под запрет не попадает. Так что многие китайцы перешли границу легально, причем среди них есть те, кто ухитрился въехать вместе с семьями. Права проживания у них, конечно, нет".

"И много их?"

"Около трехсот тысяч, - ответил защитник.
– Для Китая - это капля в море, а для вашего Дальнего Востока уже заметная цифра, тем более что их в этом регионе и так уже около миллиона. Выдворять их обратно в Китай будет сложно, поэтому власти пошли по другому пути. Беженцев регистрируют и подписывают с ними договоры. Каждому помогут пережить зиму, а потом отправят в Приморье. Там много брошенной земли, на которую их хотят посадить. Дадут кредиты и технику и заставят все это отрабатывать. Есть мысль организовать хозяйства по типу совхозов при строгом надзоре как за их работниками, так и за использованием земли. У правительства большие планы освоения Дальнего Востока, и не помешает иметь резервы продовольствия. Договоры заключаются на десять лет, по истечении которых эти люди смогут вернуться в Китай или получить ваше гражданство".