За пару часов четверо марсиан возвели огромную насыпь из песка, укреплённого льдом - вал пяти метров в высоту и десяти в толщину. За этим валом Ричард спрятал катапульту, которая начала обстреливать башню.

Чтобы пробить такой вал, требовалась полная энергия луча, и то не факт, что её хватит с одного раза.

Машина не попалась в такую очевидную ловушку. Она сделала с валом то же, что с большим камнем - расстреливала его короткими импульсами, постоянно сохраняя заряд на случай появления более важной цели поблизости от неё.

– С другой стороны, если там за валом будет живой Ма-Алек, то скорее всего он будет помечен как цель первого приоритета, и башня не пожалеет энергии, чтобы его достать.

– Вот только проверить эту гипотезу ты сможешь только один раз, - заметил Б-Арзз.
– Не важно, сколько энергии она готова на тебя потратить - если ты помечен, как цель, из-за вала уже не высунешься. Любому из нас и части заряда хватит с избытком.

– Если она будет палить малой мощностью, то я смогу дематериализоваться и отойти под землёй за горизонт, - возразил Ричард.

– А если ударит полной? Полный луч этот вал насквозь пробьёт.

– Во-первых, я планирую нарастить его до толщины в двадцать метров, прежде чем ставить опыт. Вернее, отстроить новый вал, потолще - старый уже скомпрометирован, как враждебный объект. Во-вторых, за те доли секунды, что луч будет прожигать вал, я успею переместиться за ним в сторону. А в-третьих, больше одного раза и не нужно. Как только приборы покажут, что весь заряд истрачен и у нас есть трёхсекундная пауза - можно прорываться.

– Тебе понадобится набрать почти два километра в секунду, чтобы проскочить сквозь зону открытия огня за это время. Даже если ты сумеешь так разогнаться у поверхности, в плотном воздухе, ты не сможешь этого сделать мгновенно. А если начать разгоняться ещё до выстрела, то тебя определённо занесут в цели первого приоритета и уничтожат сразу, прежде чем обратят внимание на что-то там за валом.

Ричард мысленно хмыкнул. Это надо вырасти на Марсе, чтобы считать плотной местную едва заметную дымку. Однако в главном его оппонент был прав. Скорость и ускорение - не одно и то же.

С другой стороны...

– Если возвести несколько таких валов, и из-за каждого из них будет непрерывно вестись огонь чем-то действительно опасным, то относительно безобидный объект сможет проскользнуть к башне.

– Как ты собираешься протащить "что-то опасное" за вал? Химическую взрывчатку или электромотор она расстреляет просто на всякий случай.

– Взрывчатку - да. А вот электролизную установку - вряд ли, она не должна уничтожать любую технику до самого горизонта, это даст слишком много ложных срабатываний. Мы это предварительно проверим, конечно. А где электролиз - там кислород, а где кислород - там ракеты.

– Хммм... ну хорошо. Предположим, мы это сделали. Предположим, у нас есть три установки, которые за валами ездят по рельсам туда-сюда и забрасывают башню ракетами, меняя позицию при каждом выстреле. Что-то вроде твоих повозок под таким прикрытием сможет подъехать к башне. Но если на повозке будет живой Ма-Алек... боюсь, башня скорее пропустит пару ракет.

– Да... но это если живой! С её точки зрения...

Следующий опыт потребовал от него пожертвовать пальцем. Причём не просто кусочком биопластика (что для марсианина менее царапины), а частью нервной системы. Маленькой и периферийной частью, правда, но тем не менее... это было довольно больно.

Однако результат того стоил. Повозка с лужицей, в которую превратился палец Алефа, благополучно пересекла границу, и была уничтожена только после прекращения отвлекающего огня. Сами по себе многомерные полимеры, не управляемые чьей-то волей, либо не воспринимались системой, как угроза, либо она была не в состоянии их обнаружить.

– Ну вот и всё. Можно считать, что мы уже в башне. Нужно только сделать пружинную повозку покрупнее, поставить в неё чашу-кровать, я туда лягу и полностью расслаблю всё тело. С точки зрения системы, я буду представлять собой физически и химически инертное вещество в неподвижном сосуде. Ну а когда доеду до её стен - оживаю и ныряю внутрь башни.

– Почему это ты?
– возмутилась Дэйр-Ринг.
– Подставляться под выстрелы - моя работа, у тебя реакции не хватит проскочить туда!

– Потому что психосенсоры башни могут быть чувствительны не только к телекинезу, но и к телепатии. Ты можешь превратиться в лужу полимеров, но ты не можешь перестать думать. А меня она не услышит при всём желании. Кроме того, во время поездки над головой будут летать ракеты - только я смогу не обращать на них внимания, любой из вас скорее всего сорвётся.