– Черт, что бы эти менялы ни хотели от своих стражников, одна жрачка все окупает, - озвучил мои мысли младший из моих людей по фамилии Мориц.

– Ты посмотри, как выряжены эти... Красавчики. Уверен, что прям все окупает?
– спросил рядовой Балинт, явно назвав местных стражей не так, как хотел бы, глядя на их яркую форму.
– Хотя с одним согласен. Еда прям королевская.

Мы отобедали, но не спешили вставать из-за стола, решив перекинуться в картишки, дабы скоротать время. Местная стража смотрела на нас так, будто мы в собственном дерьме на их глазах копались. Уже позже я узнал, что эти ребята большие чистоплюи и играть за обеденным столом в столовой у них не принято.

Кону на четвертом к нам подвалил ординарец Мольнара и махнул мне рукой, давая знать, что капитан меня ждет. Я проследовал за ним.

Мольнар поправлял форменные наручи, когда я вошел в его кабинет.

– Знали бы вы, сколько упустили в своем так называемом расследовании, Новак, - сказал мне капитан.

– Ну дык. Я только начал, - признался я.

– Хорошо, что додумались этого Габена привести сюда, - повторил капитан.

– Хех. Чудная у него фамилия, господин капитан, - усмехнулся я.

– Вполне обычная для уроженца юга Конфедерации.

– То есть что? Он не местный, что ли?
– искренне удивился я.

– А его произношение вам ни о чем не сказало?

– Ну дык, я его в нос, а там уж произноси не произноси. Лишь бы имена и места выдавал, капитан.

Мольнар закатил глаза, будто я ляпнул какую-то ерунду, и, чуть помолчав, продолжил:

– Вот что, Новак. Дело предстоит длительное, мне будет нужно от вас много информации, особенно о вашем предшественнике. Я не хочу выносить сор из избы и потому предлагаю вам перевестись под мое командование, но в звании рядового.

– Чего? Я в рядовые? Господин капитан, так я же сержант.

– Платить вам будут даже немного больше, а к страже банка требования значительно выше, чем к городской. Потому, Новак, не будьте хоть в этом ослом, примите такой перевод за благо. К тому же если вы себя проявите должным образом, то вполне сумеете вернуть чин сержанта уже в рядах моего ведомства.

– Так-то оно так, но опять в рядовые. Я не знаю даже...

– Я могу закрыть вас у себя на время расследования. Вас будут кормить, и у вас будут все условия для привычного вам комфорта, однако второй шанс перевестись сюда вам вряд ли выпадет. Потому уговаривать не стану, - отрезал Мольнар.

– Я согласен, господин капитан, рядовым так рядовым, - я почувствовал, что не сторгуюсь с этим лысым, а вкусная еда и теплое местечко ускользают.

– Верное решение, Новак. Лейтенант Патаки утрясет все детали, поступаете под его начало немедленно.

– Вот прямо так?
– осознавать, что я ушел из расположения еще своей ставки и не вернулся, было немного странно.

– Уверен, я договорюсь с вашим лейтенантом, но я не хотел бы, чтобы вы возвращались в свой взвод и покидали территорию банка какое-то время. Закончится расследование - дам вам недельную увольнительную.

– Спасибо, господин капитан, - с трудом сдерживая улыбку, ответил я.

– Не благодарите. Работа у нас не подарок. И требования к вам будут точно такими же, как у остальных. Потому не расслабляйтесь, Новак. Облажаетесь - вернетесь снова подпирать копье и гонять крыс на складе за гроши. Это понятно?

– Так точно, капитан.

– Хорошо. Мне хотелось бы, чтобы вы четко это понимали. Лейтенант Патаки и сержант Гал проведут инструктаж вам и другим новичкам. Послезавтра как раз будет первый день обучения у новой группы.

– Но я же как бы и не новичок, господин капитан, - удивился я.

– Значит, вам будет проще остальных, Новак. Но чему-то научиться все же придется, - с усмешкой сказал мне Мольнар.
– Проследуйте за ординарцем, он покажет вам, где расположиться.

– Так точно, капитан. Разрешите обратиться?

– Разрешаю.

– Что с моими людьми?

– Ваших людей мы возвращаем в расположение вашей ставки, поскольку Габен проговорился, что, когда вы его допрашивали, их в помещении не было.

Я вышел за ординарцем. Он отвел меня в казарму, которую у нас бы казармой не повернулся язык называть. Это было трехэтажное деревянное здание, где на каждом этаже было по десять маленьких, но отдельных для каждого комнатушек. В них помещались лишь кровать, большой сундук для барахла и сейф для хранения личного оружия.