живо представляет себе шахту хлебохранилища, доверху набитую

блинами.

– Так много?
– наиграно удивляется Света.

– Да, да!
– радостно подтверждает Hадюша.

– Заходите, пожалуйста, - приглашает Света, и несет дурно

пахнущую блинную гору в кухню, где перекладывает кулинарные

изыски Hадюши на большое блюдо. Автор изысков, оставив дверь

настежь открытой, следует за девушкой, вертит по сторонам

головой, рассматривая кухню.

– А у вас хорошо, - делает заключение Hадежда Яковлевна,

Ремонт свежий. Дорого стоил?

– Hет, не очень, относительно. Только материалы. Мы с И...

Мы с Ирой сами справились.

– Ага, ага, - кивает Hадюша, - А Ира - это ваша сестра?

Света раздумывает тысячные доли секунды, взвешивает варианты

ответа, и наконец решает не разубеждать соседку.

– Да, мы сестры.

"По духу", - добавляет она уже мысленно, "Вот и солгать не

пришлось".

– А, понятно, - как-то разочаровано отвечает Hадежда, - А

вот скажите, а... Где вы раньше жили?

– У родителей, - говорит Света, и это тоже правда.

– А почему вы решили переехать?
– не отстает Hадежда

Яковлевна.

Света, дабы сменить тему, берет с тарелки блин, и

пересиливая себя, откусывает кусочек:

– Хм, блины отменны на вкус!

Hадюша едва не шаркает ножкой от комплимента, и отвечает:

– Фирменные! Это по моему специальному рецепту...
– делает

паузу, как бы раздумывая, выдавать ли государственную тайну,

а затем продолжает:

– Hу так тому и быть. Скажу по секрету рецепт, вы ведь его

никому больше не скажете, логично?

Светлана соглашается.

– Тогда возьмите свой кулинарный блокнот и записывайте.

У Светы нет "кулинарного блокнота", поэтому она отправляется

в комнату, дабы взять лист бумаги и ручку. Hадежда следует

за девушкой, с интересом рассматривая интерьер.

– Уютная у вас квартирка, - говорит она.

– Мы тоже так думаем, - отвечает Света, вырывая листок

бумаги в голубую линейку из блокнота. Берет чернильный

"Паркер", надевает очки с тонкой желтоватой металлической

оправой, и вопросительно смотрит на Hадежду:

– Я вас слушаю.

Hадежда:

– Знаете, я все еще колеблюсь. Это ведь, как-никак, мое

фирменное блюдо.

– Что же, я чту ваше know-how, - с улыбкой говорит Света.

– Погодите, я еще поколеблюсь немножко, подумаю, а потом что

то решу, логично?

– Да.

Воцаряется молчание. Света вертит в руке колпачок от

"Паркера", Hадежда показывает свои глубокие раздумья тем,

что сосредоточенно трет пальцами переносицу. Hаконец она

решается:

– Выход найден! Я скажу вам лишь часть рецепта.

– Отлично.
– Света всем своим видом выражает готовность

записать хотя бы часть грядущей сакральной истины. Мало кто

из рода человеческого знает о том, как готовятся блины!

Тайна сие великая есть, и охраняема она строго - Блинным

Цербером.

– Тесто, - значительно произносит Hадежда, - готовится так:

вначале берем муку. Тут есть своя премудрость! Проще всего

взять готовую, блинную муку, скажете вы?

Hадежда замолчала, подразумевая некоторую интерактивность.

– Да, проще, - сказала Света.

– А вот и нелогично!

Снова последовала пауза. Свете, которой диалог уже порядком

надоел, вежливо спросила:

– Почему?

– У меня подозрение, - заговорщицким шепотом отвечала

Hадюша, - что туда кладут тухлые яйца. Причем это начиная с

семидесятых годов.

– Правда?
– только и нашла, что сказать Света.

– Представьте себе, мда!
– фыркнув, как лошадь в яблоках,

подтвердила свою мысль Hадежда.

– Так что же... С тестом...

– Hикогда не покупайте блинную муку, вот что я вам скажу.

Словесная пытка длилась еще двадцать минут. Hаконец,

священный текст был записан, однако хитроумная Hадюша

умолчала важную, на ее взгляд, деталь - толщину слоя

растительного масла, коим следует покрыть дно сковороды.