Когда прозвенел звонок, то все быстро вылетели из класса, на урок немецкого. Хотя, немецкий был не так и важен, как то, что нам должны были выставить оценки за четверть. Как я понимаю, теперь те, кто получил два придут на каникулах исправлять. Немецкий ведет классный руководитель, поэтому как это всегда бывает, нам выставят оценки, заставят помыть парты, и отправят по домам.

Так оно и было. Нам сказали оценки, мы помыли парты и разошлись по домам.

Я вышла из школы, и, обходя замёрзшие лужи, потопала домой. Свора мальчиков вышла из школы, Рома раздал всем сигареты, а Дима протянул зажигалку. Для меня было не удивительно, но они курят. Я один раз видела, как Дима с парнями, которые его года так на четыре старше, пил пиво под мостом, громко смеялся и травил пошлые анекдоты. Я на мою беду переходила дорогу, и на них мне открывался прекрасный вид. Но стало так противно, что этот малолетка ведёт себя, как взрослый мужчина. Хотя, он всё повторяет за Ромой, а у Ромы нет границ испорченности.

А мне так хочется, чтобы мой друг был воспитанным. Не ругался, не пил, не курил…Чтобы не только по внешности, но и по поступкам можно было разглядеть в нём парня. Неужели такие вымерли? Или я так много прошу?

Мой старый класс, в котором я училась до переезда в Москву, был более воспитанный. Или просто все были маленькими, или просто воспитание некоторых.

Так вот, помню, был у нас мальчик, Влад Миронов, он был тихоней, застенчивым. В учёбе себя не особо проявлял, скакал с троек на четвёрки, но он был очень дружелюбный, отвечал за свои слова, и если его попросить, то он, скорее всего не откажет в помощи.

Что же с моим новым классом? Отличница в классе я и Аня-староста. Больше отличников нет, остальные кочуют на четверках. Некоторым удаётся пробиться к пятёркам, но их мало. Прям круглые отличники только мы. И плюс к этому всему мальчики нашего класса мне напоминают принцесс из сказок. Такие- же ранимые, обидчивые, и гордые.

– Алиса, домой топаешь?

Я повернула голову. За мной стояла толпа этих «принцесс», покуривая сигареты и щурясь, смотрели на меня. Во главе «шайки» стоял Рома.

– А куда ещё? –Спросила я.

– А чего мне Лилька сказала, что ты ей угрожаешь лицо покарябать? – Спросил он.

Вот Лиля дура, растрепала всё, но ничего, я не боюсь напора этих бравых рыцарей.

– Нечего ко мне лезть! – Подступила я ближе к Роме.

– А что такого, ты же наша одноклассница..

Я не выдержала, во мне всё закипело, и я быстро, и как поняла, очень метко провела своими ногтями Роме по щеке, после чего у него остался хороший след.

Рома схватился за щёку, что-то промычал, а когда убрал ладонь от щеки, то просто был в шоке. Я провела так хорошо, раны были такие, что с них шла кровь. И Рома и его свита были просто в шоке, они просто не ожидали такого. Что там говорить, я сама не ожидала такого от себя.

– Вот дрянь- Сказал Рома, смотря на окровавленную ладонь.

– Я предупреждала- Без каких либо эмоций ответила я.

Но эмоций не было только на лицо. В нутрии меня трясло, всё колотило, ладони вспотели, в висках был непонятный мне треск, словно там кололи орехи.

Пока они все крутились вокруг раненого, я рванула от них подальше, и, отбежав на пять метров, встретила Николая Евгеньевича, директора нашей школы, с которым у меня были очень хорошие отношения. Я была одной из лучших учеников в школе, поэтому он всегда мне приветливо улыбался, помогал и не раз спасал от Ромы, за что я была ему благодарна. Роме потом доставалось. Его родителей вызывали в школу. А у него очень строгий..старший брат. Папа с мамой милосердные создания, которые не могут и голос повысить на ребёнка, но когда они приходили домой, и начинали говорить Роме, чтобы он ко мне не лез, старший брат всё слышал, и тогда моему ненавистнику доставалось по полной. Так много раз говорила Лиля своим подругам, и заодно корила меня, что «Из-за какой –то там Алисы, достаётся милому Ромочке».

– Здравствуй, камикадзе- С улыбкой поприветствовал меня директор.

– Здравствуйте, а почему я камикадзе? – Не поняла я

– А кто ещё? Если ты одна, без поддержки дала по лицу Роме.

– И нехило дала! – Похвасталась я- Я ему щёку покарябала. Вы меня теперь накажите? Родителям скажите? – Поинтересовалась я

– Нет, ты в какой-то степени поступила правильно, нечего терпеть выходки этого нахала- Покачал головой Николай Евгеньевич.

– Тогда я спокойна. И ещё..- Я решила проверить, приходит к нам новый ученик или нет. Может, я зря жду.- А к нам в класс кто-то придёт во второй четверти?

– Да, родители его уже документы подали. А ты откуда знаешь?

– Да, слышала один раз про новенького.

– Иди, или эти бравые бойцы тебя догонят.

– А, точно, иду.

Я улыбнулась и поспешила удалиться. Свернула за угол, прошла несколько метров и вот уже видны крыши многоэтажки, в которой я живу. И знаете, Николай Евгеньевич оказался прав. Эта шайка пошла за мной. Рома шёл быстрее всех, прижав к щеке руку. Я быстро проскочила к переулку, который отделял две улицы, и смело направилась к калитке.

– Стой, паршивка! – Крикнул Рома

А что я? Я не побежала как можно быстрее домой, я не закричала-«Не подходи ко мне», я спокойно стояла и смотрела на всю эту шайку. Точно уверенная, что я не извинюсь, что не буду кричать о помощи, я проведу с ним, скажет так, беседу.

– Что ты хочешь? – Спросила я.

– Извинений

– За что мне извинятся? –Последовал новый вопрос

– За то, что мне по лицу дала.- Рома подходил всё ближе и ближе, с грозным видом и разодранной щекой.