– Да и по нашим тоже, – хором сказали все остальные.

– Ладно, – проговорил Федоров, – в конце концов, одной ошибкой больше в нашей дипломатической карьере, одной меньше – разница непринципиальная.

И он снова повернулся к пульту. Отстучал текст и приготовился принять ответ. Но приготовления оказались напрасными.

– Что за черт! – пробормотал он. – Мерк, твоя механика чудит. Он не желает больше работать. Погляди, что за свистопляска! Тебе приходилось встречаться с таким поведением?

И в самом деле, разноцветные индикаторы компьютера затеяли какую-то странную игру. Похоже было, что машина переваривала какую-то странную программу.

– Пусти-ка! – и Меркурий почти столкнул Федорова с пилотского кресла.

– Вот она, хваленая дворянская обходительность! – ухмыльнулся дипломат разведки.

Меркурий между тем вступил в оживленный диалог с Генеральным компьютером – на пальцах, словно с глухонемым. Но через минуту руки синерианина бессильно упали.

– Он мне больше не подчиняется…

– Надеюсь, мы его не пережгли? Или он не выдержал этой дешифровочной программы?

– Да он может выдержать в миллион раз больше и сложнее! Нет, тут хуже. Они у себя перехватили управление им – не знаю уж, каким способом, – вернее всего, по одному из его внешних каналов. И теперь он подчиняется только им.

– Понятно, – медленно проговорил Изнов. – Они получили наше согласие и решили, что в дальнейшем могут с нами не церемониться. Что же нам остается?

– Сложить руки и ждать, – ответил Меркурий.

– Только не складывайте их на груди, – посоветовал Федоров. – Все равно соответствующих свечек не найдется.

– Ну а ты что предлагаешь?

– То же самое: ждать. Но в руки взять не свечки, а эти самые презренные автоматы – пусть этот их парламентер видит, что мы не собираемся сдаваться просто так.

Пока Генеральный компьютер, совершенно вышедший из повиновения, совершал посадочные маневры, Изнов – теперь руководство снова перешло к нему, поскольку в капитане они пока что больше не нуждались, – приказал подальше спрятать все оружие. Федоров попытался было возразить, но Полномочный посол тут же пресек всякие попытки:

– Вы же не собираетесь воевать со всей планетой?

Федоров, прежде чем ответить, поглядел на экран. Планета была достаточно большой, чтобы отказаться от такой мысли.

– Во всяком случае, не сразу, – произнес он осторожно.

– Ну вот и не будем показывать, что у нас могут возникнуть подобные мысли.

Оружие спрятали. Затем посол приказал всем одеться поприличнее.

– Мой мундир остался в тюрьме, – сказал Гост с некоторой обидой.

– А меня вообще похитили едва ли не в чем мать родила, – добавил Алас.

– Меркурий, вы ведь возите с собой свой гардероб, – напомнил Федоров.

– Мой придворный туалет вряд ли сочетается с этими физиономиями, – возразил царедворец. – И вообще синерианский закон запрещает кому бы то ни было носить платье других сословий.

– Ну а у нас на Терре с этим куда свободнее, – сказал Изнов голосом, не допускавшим возражений. – И поскольку мы, все здесь присутствующие, будем называться Терранской дипломатической миссией, попрошу неукоснительно выполнять все мои распоряжения. Во всяком случае, до того времени, пока обстановка не разъяснится совершенно.

– Надо перевести? – спросил Федоров. – Или все ясно?

Все действительно оказалось совершенно ясным.

– Смотрите: один из кораблей и в самом деле направляется к нам, – возгласил Алас – единственный, пожалуй, из пятерых, не испытывавший, казалось, никакого волнения.

– Что же: приходится вспомнить, что мы все-таки дипломаты, – усмехнулся Изнов. – Советник, наши документы, надеюсь, в порядке?

– Были бы мы в порядке, – сказал Федоров. – А уж бумажек я, если понадобится, настругаю вам полную корзину.

Корабль неизвестных перехватчиков медленно приближался.

– Совсем не похоже на нашу конструкторскую традицию, – с интересом проговорил Меркурий. – Помесь морского ежа, какие водятся у вас на Терре, и положенной на ребро лестницы. Любопытно…

– К сожалению, они все же летают, хотя на нас и не похожи, – ответил Федоров. – Было бы лучше, если бы они были похожи, но не летали.

– Или летали бы где-нибудь в другой части мироздания, – присовокупил Гост.

– Ничего не попишешь – это их пространство, – пожал плечами Алас.