Шрифт:
Результат – практически все руководство тыла Балтийского флота во главе с начальником тыла представлено к увольнению в запас с заведением уголовных дел. Конечно, интересно то, как они будут расследованы, так как все нитки (и даже не нитки, нет, а канаты) тянутся в Москву. Видно, все так херово, что пришлось срочно и почти секретно все решать, и что интересно, в аккурат к приезду Сердюкова бастовал ЗЗСРЗ в Балтийске. Все 300 человек, которые с января не получают зарплату. Прозвучал призыв перекрыть Калининградский судоходный канал.
Испуг у власти был такой, что показали все это по государственному телеканалу и написали во всех газетах.
Кстати, после того как начальник завода перестал быть военным, его (завод) переподчинили Питеру (Западному центру судостроения). Этот завод штурм Пиллау в апреле 1945 года пережил. Цел остался. И лихие 1990-е пережил. Место у него отличное. Прямо на входе в базу. Два плавдока.
Вот только боюсь, как бы не продали его уже кому-то. Оттого и забастовка.
Что-то не нравится мне все это. Ох как не нравится!
«Раскрасили Штирлица» – это по поводу фильма «17 мгновений». Спросили, что я по этому поводу думаю. Я ответил: думаю, что это деньги. Телевидение ведь делает деньги на эмоциях. Чем сильнее эмоции, тем больше денег.
Цинично, но телевидение – это и есть цинизм. Смотрят все это те, кому не хватает собственной духовной жизни. Видите? То, что я только что сказал, цинично, но ведь задевает, стало быть, верно. Цинизм – это же когда верно.
Так что – деньги, господа, деньги. Раскрасил один, и всех потянуло. В Америке тоже раскрашивают, но там иной уровень.
Ну, подвернулась старушка. Почему бы не снять с нее серьги? Все равно ведь в гроб.
И потом, учтите, это же новость. Народ должен что-то все время обсуждать. Все равно что, но раз в неделю. 52 недели в году. Вот ровно столько же и должно быть новостей. Иначе народ не о том задумается.
По поводу Великой Победы. Немцы говорят, что русские празднуют так, будто они вчера победили. Но больше-то ничего нет. Какие достижения? У нас есть Великая Победа.
И потом, почему не просто победа, а Великая? Потому что Великая Отечественная война.
Но была же еще одна Отечественная война – 1812 года. Она не такая великая?
В слове «великая» есть сомнение. Собственное сомнение в собственных достижениях.
То есть когда говоришь «великая», то сомневаешься? Совершенно верно. Тот, кто не сомневается, тот даже не задумывается о том, была ли «великая» или просто победа.
И это не я сказал. Это из русского языка. Так устроен язык. Он выдает тайное.
Я за правду об этой войне. Я за правду о победе Советского Союза в этой войне.
Вот где она, правда? История – девка блудливая.
А сейчас творится черт-те что. Например, скажешь, что победа не великая, и тебя «пасодют». А между тем поисковики кости солдат находят, а потом хранят их в мешках.
Начальник ОВД стрелял в людей. Троих убил, шестерых ранил. Стрелял в голову, в живот. Зашел в супермаркет, вытащил пистолет и неторопливо начал отстрел.
Меня спросили, что я по этому поводу думаю. Наверное, меня спросили в последнюю очередь, потому что все уже, похоже, по этому поводу высказались.
Вы знаете, у милиционеров теперь другие глаза.
Вот если посмотреть советскую хронику где показывают милицию, то там у них другие глаза. Очень сильно отличаются.
Те глаза за народ, а вот эти – эти уже нет.
Чудовище, что тут сказать. Кто-то запустил чудовище. И сколько таких чудовищ в милиции? Иногда кажется, что все они чудовища. Умом я понимаю, что это не так, но сердцем – нет.
Отчего он стрелял? Зачем? Почему? Это к психологам.
Сейчас они установят, что он был не в себе, ну и так далее.
Нелюдь. Это нелюдь.
