Молодой конструктор вновь склонился над чертежной доской, с логарифмической линейкой в руках, бормоча под нос цифры. Распахнулась дверь, и сильный порыв холодного ветра ударил ему в затылок.

— Закройте дверь! — крикнул он и, обернувшись, увидел на пороге высокого бородатого мужчину; плечи его куртки были засыпаны снегом.

Глава компании Джайлз Гибсон потопал ногами, оставив вокруг башмаков лужу из тающего снега.

— Извините, сэр. Не понял, что это вы, — пробормотал Майкл.

— Уже поздно. Пора идти домой.

— Я хотел закончить с этими показателями.

— Для «Пегаса»?

— Совершенно верно.

— Еще много осталось?

Майкл выпрямился и провел ладонью по волосам.

— Часок, и будет готово.

— Заканчивайте, а затем подходите ко мне в кабинет, хорошо?

— Да, — откликнулся Майкл, мыслями уже вновь погруженный в работу.

— Час, не более. Сегодня я иду на званый обед. Мне нельзя опаздывать, а то Марджори будет недовольна.

— Скоро буду.

Кабинет Джайлза Гибсона располагался в другом бревенчатом помещении, на противоположном конце взлетно-посадочной площадки полевого аэродрома. Майкл почувствовал, как от холода у него перехватило дыхание, и пустился рысцой через продуваемое ветром пространство. Снег бил в лицо, заставляя жмуриться, мохнатые снежинки оседали на ресницах. Он одним махом преодолел три ступеньки, ведущие в помещение Гибсона, и постучал.

— Настоящая метель, — произнес он отряхиваясь.

Гибсон, уже в пальто, сидел за письменным столом, засовывая какие-то бумаги в выдвижной ящик стола, потом запер его и убрал ключ в карман.

— Идемте, я подброшу вас до вашего жилья, вам нельзя ехать на велосипеде в такую погоду.

— Не такая уж она и страшная! — запротестовал молодой человек. — Впрочем, буду рад, если вы меня подвезете.

— Побеседуем по дороге.

Гибсон выключил свет над письменным столом и последовал за Майклом к двери. Запер ее и толкнул, проверяя, хорошо ли держится. Пригнув головы, мужчины поспешили к главному зданию, к изрытой выбоинами площадке, где Гибсон парковал машину.

— Залезайте, — сказал Гибсон, обходя автомобиль и забираясь на водительское сиденье. — Будем надеяться, что он заведется.

Мотор издал несколько сдавленных звуков, зарычал и закашлял, а потом и вовсе заглох.

— Я сделаю, — произнес Майкл, беря из рук Гибсона заводную рукоятку.

— Осторожно, у нее дьявольский норов! — крикнул тот, когда молодой человек направился к передней части машины.

— Насчет норова — это вы правы, — промолвил через несколько секунд Майкл, садясь обратно в машину и потирая ушибленное плечо.

Он с силой потянул на себя дверцу. Хлюпая, они двинулись по изрезанной бороздами узкой дороге, Гибсон пристально всматривался сквозь ветровое стекло, на котором «дворники» вели неравный бой со снегом.

— Сегодня звонил один мой приятель, — проговорил Майкл. — Хочет, чтобы я отправился с ним в Уэстморленд на несколько дней. Озера полностью замерзнут, и можно будет покататься. Он очень увлечен зимними видами спорта.

— Превосходно, — одобрил Гибсон. — Как раз то, что надо. Свежий воздух и немного движения пойдут вам на пользу.

— Я сказал ему, что не сумею вырваться.

— Вот как?

— Если высадите меня тут, на подъезде, я дальше сам дойду. Тогда вы сможете отсюда повернуть направо и вернуться на главную дорогу.

Гибсон подрулил к обочине.

— Позвоните своему другу или пошлите телеграмму. Сообщите, что составите ему компанию. — Он протестующе поднял затянутую в перчатку руку, когда Майкл открыл рот, чтобы возразить. — Нет, это приказ. Закончите с «Пегасом», а потом я не хочу вас видеть до января.

Майкл вышел из машины, поблагодарил Гибсона зато, что подвез, и захрустел по чистому, девственному снегу к маленькому дому с террасой, где квартировал. В прихожей горел свет, но остальная часть дома была погружена во тьму. Квартирная хозяйка оставила ему записку: «Ужин в плите, чтобы не остыл, ушла к миссис Найт, она нервничает по поводу снега».

Миссис Найт нервничала по любому поводу. Сейчас она несомненно полагала, что какой-нибудь праздношатающийся снежный человек, нацеленный на грабеж и бесчинства, вдруг неожиданно постучит в ее дверь. Майкл скомкал записку и выбросил в огонь, тлеющий в кухонном камине. Он подбросил в камин угля и вытащил из плиты тарелку с едой. Застывший ломоть мяса и комковатое картофельное пюре. Кажется, Фредди утверждал, что в «Фазане» хорошо кормят?