Шрифт:
– Прижал он нас.
– Джеймс, если это инспектор – не станет докладывать!
– От того, что ударил меня?
– Ведь это факт!- Боб постучал видеокассетой по стойке.
– Хрен с ним, стирай. Может, пронесёт, в конце концов мы не очень и рискуем.
– Я в том уверен. Какой бы русский стал бить по роже? Он тебя и ударил именно потому, чтобы мы стёрли и тем самым скрыли свои огрехи, а ему не надо было бы сдавать самого себя.
– Тогда у этого малого голова сидит на плечах не так уж и плохо. Поехали на нашу явочную, скажем, что прохлопали, но выяснили, что улетел в Лондон.
– Мне кажется не стоит.
– Ах, да! Этот гусь Бёрнсон!?- Джеймс скорчил кислую рожу.
– Предлагаю немного помолчать,- сказал Боб.
– Да ну их в задницу! Согласен молчать,- Джеймс протянул руку, по которой Боб хлопнул и они пошли к выходу из нейтральной зоны.
Глава 2
В Лондоне Сашку встретил Питер Полавски, когда тронулись он разулыбался во весь рот.
– Новый анекдот вспомнил?- поинтересовался Сашка.
– Про гонорею вспомнил.
– Сидели слушали?
– В рабочем порядке,- признался Питер.
– Стало быть, развлекались.
– Мы животики надорвали. Ты его ударил?
– Врезал, а что на него смотреть.
– К документам швед не придрался?
– Нет.
– Ты хоть знаешь, кто у русских в Лондоне третий секретарь в посольстве?
– Так мне до посольства русских, Питер, дела нет.
– Там третьим сидит старый хрен. Песок уже сыпется давно, но старая партийная закалка видна.
– Не сидит. Ему уже едет замена, я раньше границу пересёк, чем новый третий. Вот,- Сашка передал Питеру паспорт с вложенной в него фотографией будущего сотрудника российского посольства,- возьмите на контроль.
– Сделаем.
– А про старичка ты зря. Это кадровый сотрудник НОРа.
– Да я в курсе, но уж больно старый.
– Старый конь…
– Всё понял,- Питер оторвал руки от руля и поднял их, как бы признавая своё поражение.
– То-то!- сказал Сашка.- Как Беркасов?
– После покупки дачи под Москвой разу вышел на пенсию, чему были весьма рады многие в его министерстве, место освободилось. Он открыл своё дело, работает не покладая рук, на здоровье не жалуется.
– Дело торговое?
– Да. Скупает краденное в больших количествах во всех бывших советских социалистических республиках. Товар ходкий не залёживается.
– Картотеку ведёт?
– Сам отказался, не моё говорит это дело. Там у него наш человек сидит, который и фиксирует всю эту братию.
– Продавцов кто трясёт?
– Мелких не трогаем, а крупных все помаленьку обдираем. Они ведь по всему миру разбегаются. Всё не забираем, оставляем на житьё-бытьё, им ведь хода назад нет.
– Много всплыло?
– Очень. Люди большей частью не простые, сидевшие у кормушки. Есть и чисто уголовные, но мало, процентов семь. Теперь наметился процесс укрупнения поставок. Мелкие партии уже почти перестали пересекать кордон
– Таможня даёт добро, а брать с крупного проще и безопаснее.
– Ощущение такое, что в этом ведомстве прошло акционирование и по какой-то причине государству не достался контрольный пакет акций.
– Чему тут удивляться, таможня и раньше не состояла на государственной службе. Особый сбор существовал всегда. Сопредельные страны с бывшим Советским Союзом как себя ведут?
– По-разному. Поляки водку стали изымать. Немцы ввели разного рода ограничения, чтобы граждане без документов не лезли к ним.
– Бизнес толкает народ во всё тяжкие. Делают деньги на всём.
– К Отто уже приходили из Интерпола консультироваться. Из ФБР приезжал посланец. В США русская мафия стала столбить рынки криминального бизнеса, не обращая внимания на всех, кто там сидел. Кровь льётся ежедневно. Советские применили тактику приглашения со стороны.
– Приглашают наёмников?
– Да. Туристы. Приехал, пострелял и отбыл. Платная такая охота, но на людей. У тебя какая программа?
– Локридж, Ламберг, Беркасов,- перечислил Сашка.
– А её Величество?
– Она уже поди забыла о своём подданном,- улыбнулся Сашка.
– Прикрывать не надо?
– Спасибо, Питер. Вот если Агентство прочухается, тогда не помешает. Ты их возьми под наблюдение.
– Уже всех контролируем. Я тебе домик купил, как ты просил. Там всё готово. Едем туда или в гостиницу?
– Поехали, посмотрим. Кто там сидит?