Ответом ему вновь стали длинные долгие противные гудки. Андрей набрал другой номер и почти тут же услышал гудки короткие, но от того не менее противные. Третий номер - и вновь механический женский голос равнодушно, но с нотками ехидства, сообщил ему уже в который раз, что абонент недоступен.

– Я вас лично задушу, - тихо пообещал Андрей сквозь зубы, с трудом подавляя в себе желание швырнуть телефон о стену.

Его настроение нельзя было назвать очень хорошим, его нельзя было назвать даже просто плохим. Оно скорее, медленно, но верно приближалось к мрачной отметке "чертовски плохое" и грозило в скором времени опуститься на самые глубины океана негатива, туда, где неспешно плавали огромные рыбины ярости, пока еще, правда, отлично контролируемой.

И где они все шляются?

Этот видный мужчина, облаченный в деловой, идеально выглаженный дорогой костюм однобортного покроя, кинул на наручные часы короткий взгляд и вновь выругался - но уже про себя. Время поджимало, а пятерых самодовольных дураков все не было и не было, хотя они обязаны были приехать в это место еще час назад.

Андрей, обладатель расчетливого трезвого ума и отличной памяти, а также приверженец рабочей дисциплинированности, очень не любил опоздания и необязательность, ибо они очень часто приводили к потерям - в данном случае к финансовым. К тому же мужчина начал беспокоиться - к парням, которых он так ждал, Коварина за пару лет совместной работы успел привыкнуть, хотя никогда и не показывал им своей привязанности. Кто знает, что с ними со всеми случилось?

Из-за потери контроля над ситуацией Андрей, не переставая набирать въевшиеся в память номера, вновь машинально начал мерять шагами один из многочисленных коридоров высотного здания, где располагалась студия музыкального телеканала, на котором в скором времени должен был начаться прямой эфир с его подопечными - музыкантами из рок-группы "На краю". Подготовка к эфиру шла полным ходом, да вот беда - сами музыканты пока что в студии не наблюдались. А что еще хуже, их менеджер, то есть сам Андрей, не мог до них даже дозвониться. И вообще, не знал, где они находятся и что делают со вчерашнего дня.

Прямой эфир известной передачи нового популярнейшего музыкального канала, российское отделение которого за последние несколько лет завоевало просторы не только родной страны, но и многих государств, входящих в СНГ, угрожал быть сорванным.

– Извините...
– боязливо выглянул из-за угла один из помощников исполнительного продюсера - растрёпанный парнишка с всклокоченными волосами.
– А это... скоро "На краю" будут? Их ждут.

Андрей волком глянул на него - будто бы он не понимает этого и парень поежился. Он уже не в первый раз задавал этот вопрос менеджеру "НК", и, кажется, уже начал подбешивать Коварина. Но что он мог поделать, если это была его работа? Парень вообще находился меж двух огней - между злым и дерганным, как 23 демона, исполнительным продюсером, и недовольным менеджером "На краю", которых все ждали, ждали и никак не могли дождаться.

– Шеф это... интересуется, - добавил молодой помощник продюсера, машинально запуская пальцы в волосы, и еще больше взлохматил их.

– Скоро, - таким уверенным спокойным голосом сказал Андрей, что никто бы не смог заподозрить его во лжи.
– Передай шефу, что очень скоро.

– Ага.

Парень торопливо кивнул и скрылся - побежал докладываться, а менеджер только стиснул зубы. Куда запропастились его детки? Им невдомек, какой может быть неустойка за сорванный эфир?

Неожиданный звонок заставил его плечи едва заметно вздрогнуть.

– Да, я слу... Кей!
– проговорил вкрадчиво Андрей, не сразу поняв, кто звонит, но почти тут же сориентировавшись.
– Кей, ты думаешь, это смешно? Сорок минут до эфира, друг мой. Сорок! Ты где? В аду?

– Прости, я решил переехать в Гваделупу, гоню к аэропорту, - полный откровенно-ложного раскаяния голос молодого человека заставил менеджера медленно выдохнуть, прикрыв глаза.

– Кей.

– Мне просто страшно сниматься в шоу, - поделился с Андреем тот.
– Я так боюсь. Все эти камеры, объективы, незнакомые злые люди...

– Да ты что?

– Шутка, - рассмеялся лидер "На краю". К пристальному вниманию он давно уже привык.

– Шутник, - процедил сквозь зубы Коварин.
– Ты когда-нибудь слышал о такой штуке, как неустойка?

– Приходилось.

– Приходилось? И догадываешься, какой у нее размер?

– Догадываюсь. Четвертый?

– Кей.
– Вкрадчивость в голосе Андрея увеличивалась прямо пропорционально шуточкам солиста "НК".

– Да, я слушаю?

– А я ведь серьезно.

– Ну, если серьезно, тогда понимаю, - отозвался парень.

– Неустойка, репутация группы, то, над чем вы столько трудились...

– Я же сказал, что понимаю, - прервал менеджера фронтмэн "НК".

– То есть твой мозг еще работает? Радует безмерно. И где ты сейчас?

– Я и Фил едем в студию на тачке в паре кварталах. Если GPRS-навигатор не лжет. Пока что стоим в пробке. Если ты попросишь, чтобы мы двигались быстрее, то я буду вынужден тебя огорчить - я не летаю. И да, вытаскивать себя из машинки и бежать я тоже не намерен.