Шрифт:
Развернутое в плоскость бытия.
Всего себя Творец отдал созданью
Мы есть одно с тобою: ты и я.
Так говорил он, собирая ночи
Под створки неба, в прочный переплет.
Но он ушел…
Кто ж светит? Кто пророчит?
Когда закончен здесь Его полет.
28.10.97
Заря
Ночные сумерки.
Родные небеса
Вот-вот зажгутся утренней зарею,
А на траве алмазная роса
Уж вспыхивает звездами порою.
По бархату невиданной травы
Я выйду на прозрачную поляну,
Притихшую в предчувствии канвы,
Что солнце вышивает по туману.
Вьюнком увитый золотой покой
У зеркала лесной запруды темной,
Поток лучей беспечно-огневой
Пронзает утро сладостно и томно.
22.08.1997
Книга сердец
В лабиринте зимних комнат —
Колокольный звон.
Теплый свет от свечек помнит
Книгу и амвон.
В книге той (слежу глазами) —
Имена-сердца.
Грядет Всадник над стихами,
Не открыв лица.
Мчится Всадник безымянный
Впереди знамен.
Зимний воздух свежий, пряный
Дышит на амвон.
Время ангелов
Расплетены уж косы навьи
И полон снов небытия
Храм на горе – забиты ставни,
Над храмом – стаи воронья.
Да черных туч грядет армада,
Крест поглощая золотой,
И тьма, напоенная ядом,
Казалась сильной и густой.
Ничто, ничто о Солнце Вечном
Не говорило в темноте.
Вдруг тихим ангелом беспечный —
Сверкает луч на том кресте!
И ничего не изменилось.
Сиянья миг – и все прошло.
Но сердце радостно забилось:
Знать, время ангелов – пришло!
1996
Белая маска
Об ангеле с оленьими глазами
Упоминал старинный патерик.
Ловитва нас… охотимся ли сами… —
Один заасфальтированный крик
Прозяб в пустыне… Сквозь коросту будней —
Под маской сбереженного лица —
Лобзанье уст. Беспечней, не подсудней
Тернова соносители венца
Поцеловали рай пречистой дружбы,
Где правит вдохновение судьбой.
А оторопи маски только нужны,
Чтоб амбразуру не закрыть собой,
Когда возможно трупом или тюком
На миг отвлечь жестокого врага,
Кто бич миров. Протягиваю руку —
Под маской пусть встречается рука
С рукою же. Да будет это действо
Таинственно! Собою нарасхват
Разбрасывалось пьяное злодейство,
Кляня в сердцах… Но трезвенный захват
Премудрых виночерпий от Начала
Запечатлел: – Храни оленью масть
И ангелов глаза, чтоб не устала
Твоя свобода истинное ясть!
Игрою карнавала Откровенье
Народам обещавшее целить
Листами Древа всяко нестроенье
И мужествами масок смело жить,
Открыв забрало. Истина простая:
Храни в темницах сутемень веков
Из белой маски – сквозь асфальт – врастая
Туда,
где нет
ни масок
ни
оков.
16 марта 2019
С. Ю. Жуковский, «Ледоход», 1890-е, холст, масло
Ледоход
Может быть, это просто весна
И на реках сдвигается лёд.
Нам с тобою, душа, не до сна —
Нас на льдине стремнина несет…
Ты сказала: то верная смерть. —
Но смеются сквозь слёзы глаза.
Ледоход на реке – круговерть —
Нам с тобой не вернуться назад.
Может быть это просто любовь
Отнимает опору от ног.
Это было и раньше, и вновь:
Кто – плывет до конца, кто – не смог.
Так молись и очерчевай круг
И весну как свободу прими.
Канет в прошлое тяжкий недуг.
Только радость с собою возьми.
Только радость. А лёд по весне —
Он растает и станет рекой
полноводной,
как святость во сне:
как надежда на вечный Покой.