Private-Bookers
Дуэль
вернуться

Кожухов Игорь

Шрифт:

Вовка постоял, растерянно осматривая местность, и, разочаровавшись в натуре, решил приехать ещё раз – вечером…

У дома его ждала местная почтальонка тётя Люба, только что выскочившая из его же ограды. Говорливая почтальонка заулыбалась навстречу:

– Уже, думала, пойду. Ящика нет у тебя, и приходится вот так мучиться. Раньше-то они у всех были. Не письма, так газеты обязательно выписывал народ, и читал. Сейчас нет того – телевизор всё, радио… Только я всё одно, если приходится, почту в руки получателю отдаю. Отвыкли люди от бумажных новостей: сунешь газету, а может, письмо в ящик или между штакетин в заборе заткнёшь, и, считай, выбросил. Хозяин даже не заметит. А раньше каждый вечер обязательно почту проверяли, ждали! – она, разговаривая, нашла в худой сумке письмо и, отдав его Вовке, быстро пошла вдоль заборов, до следующего счастливого адресата.

Парень, удивлённо перепроверив адрес, привалил мотоцикл к забору и, не снимая с шеи ремня от запакованного самодельного мольберта, стал читать казённый напечатанный текст:

«Здравствуйте, Владимир (отчество Вы не сообщили). Жюри нашего конкурса, состоящее из… – Вовка быстро перескочил глазами чужие ему имена и регалии членов жюри, – ознакомилось с Вашей работой и единодушно отметило: Ваша работа стилистически и художественно не соответствует заданным условиям. В связи с вышеуказанным, работа в конкурсе представлена не будет. По возврату произведения звоните по телефону…»

Вовка, не дочитав до конца, сел на крыльцо. Немного посидел отстранённо, вздохнув, снова развернул листки. И только перечитав письмо ещё раз, а затем уже внимательно в третий, он уяснил: одна из его работ оказалась на конкурсе, и ему сообщают, что его картина не имеет художественной ценности.

Парень, посидев немного, бросил на ступеньку письмо, снял мольберт и, повесив его на привычное место, зашёл в дом.

Не испытываемая раньше обида или, скорее, чувство, похожее на стыд, защемило душу, а вслед за этим – отчаянный, до боли в скулах, протест: «Да что они там увидели, если так говорят… и главное, как увидели? Я же никуда не посылал, зачем мне?..»

Вовка, не разуваясь, проскочил в спальню, где хранились, уже готовые к жизни, как он сам считал, его картины, в самодельных штакетных рамках. Ещё раз оглядев расставленные на полу вдоль стен «художества», неожиданно для себя открыл окно и стал выбрасывать всё в палисадник. Картины игриво планировали и падали на сухую серую траву цветными пятнами, словно карнавальными лампочками оживляя осенний огород.

Он, ничего этого не замечая, схватил уже кисточки, собранные вверх хвостами в банке, и, вытряхнув их за подоконник, захлопнул окно.

– А ну и не надо, если не хотите! Мне суеты меньше и хлопот. И пыли… – парень облегчённо вздохнул, осмотрел враз опустевшую комнату и, уже не сдерживая себя, упав лицом на кровать, затих.

***

…Дед будил Вовку осторожно, стараясь не растревожить спящую с ним в комнате сестру. Пятилетний внук вчера слёзно просился с ним на рыбалку, увлечённый дедовым рассказом об утренних карасях. И даже то, что встать нужно до зари, ещё по темноте, внука не пугало.

– Я одёжу с вечера соберу, ты меня немного ткни, я быстро встану, как солдат, – малец неотступно ходил за стариком, – удочку мне папка уже давно приготовил, а червяков сейчас накопаю в огороде!

Утром, на удивление деда, мальчишка проснулся быстро, и уже через несколько минут они, взявшись за руки, шли в сторону пахнущего тиной и прохладой озера.

Старый рыбак ловко размотал леску и, наживив крючки, забросил в воду. Затем, подстелил свёрнутую овечью шкуру на прилаженную в берег дощатую лавочку и они уселись напротив торчащих штырьками из воды поплавков.

– Сиди тихо, карась с солнцем придёт.

И Вовка смотрел слезящимися от сна глазами на чёрное в темноте гусиное перо.

Он, прислонившись к тёплому дедову плечу головой, уже стал засыпать, как вдруг тихое озеро вздохнуло. По гладкой воде с востока зашевелились мелкие, чешуйчатой рябью, волны и лёгонький ветер, первыми шевельнув поплавки, следом разбудил спящий камыш. Мальчишка вздрогнул, но дед, успокаивая, прошептал:

– Нет ещё, не торопись. Сейчас время солнышку вставать, а потом уж всем его детям!

С дальней стороны озера, у тёмной стены леса осветились верхушки деревьев. В мутном сумраке длинные стрелы света пробили, как в решете, дыры, заиграли цветными бликами по воде, по камышу, по лицам рыбаков и лесу на другой стороне озера.

Тонкая полоска солнца, вынырнувшая над горизонтом, резанула по глазам нестерпимым светом и теплом.

Лес вокруг словно ждал этого момента и, осязаемо задышав, проснулся!

Вовка охнул, неосознанно подавшись вперёд, навстречу невиданному раньше действу.

– Вот, внук, вот что важнее и правильнее всего! Вижу, ты это увидел и понял. Так не забудь, и детям своим обязательно покажи! – и дед уютно прижал его к себе.

…Парень открыл глаза. Малюсенький китайский будильник, тикая тихо и торопливо, тонкими стрелками показывал четыре часа. В сознании чётко стояли слова деда, услышанные очень давно: «И детям своим покажи».

  • Читать дальше
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка