Шрифт:
– Ладно, сюда притащу. Но только учти – потом сразу умываться и под душ! – соглашается Ника.
– Окей, – киваю я.
Вероника снова уходит, а я заваливаюсь на бок, нащупываю в кармане штанов телефон и достаю его. Открываю VK и начинаю листать ленту. Палец едва успевает свайпить. Моя новостная подборка разнообразна – от тачек до сисек. И котики есть. Изредка в ленте попадаются «друзья друзей», а все же чаще – фильмы и сериалы. Одновременно листаю и думаю, что посмотреть сегодня. И когда я говорю «посмотреть», то имею в виду не одну–две часовых серии, а целый сезон, а то и три. Или несколько фильмов подряд.
Уши безбожно мерзнут. Вроде бы и кофе выпит, и таблетки уже должны начать рассасываться, но знобит жутко. Наконец оглядываю комнату Веронички и нахожу в изголовье кровати шапочку. Вязаную панду, с длинными ушами. Тянусь рукой к находке и надеваю ее на голову.
– М-м-м, – восторженно мычу я. – Тепло.
Еще и Вероникой пахнет, ароматом ее кокосового крема для рук. Это она вяжет. Ника на все руки: и вяжет, и готовит, и какие-то конструкторы собирает, и рисует, и красит… одним словом – творческая. Истинная эскадешка!
А я? Придурок! Мог бы окончить вышку и инженером стать. Сидеть в офисе, собирать каких-нибудь роботов или повелевать искусственным интеллектом. К году так две тысячи тридцатому собрать кибернетическую руку, как у Баки из «Мстителей», и ни о чем не переживать. Но. Всегда есть «но», которое херчит все твои планы на жизнь. Мои похерчила авария. Вернее то, что произошло после нее.
«Виноват!» – трещит в мозгу.
– Да я и сам знаю! Отъебись! – ору себе в ответ и опять залипаю в телефон.
Гораздо проще уткнуться в экран и листать новости до потемнения в глазах, чем думать о своей жизни. Там, в экране, у людей дела, события, награды и достижения, а у меня – ни хуя. Из всех достижений лишь золотая медалька, знаменующая об успешном окончании школы. Пылится в шкафу родительского дома. Там ей и место! В остальном из малоприятного – психоневроз, бессонница, номофобия, депрессия и почти алкоголизм, если не перестану убухиваться в сопли.
– Тебе идет, – Вероничка появляется с разделочной доской в руках, на которой стоит тарелка с едой.
Ника прикрывает за собой дверь ногой, ставит импровизированный поднос на кровать, выхватывает из моих рук смартфон, блокирует его и откидывает в сторону. Все ее внимание приковано к тому, что у меня на голове. Она умиляется надетой пандовой шапочке и тянет пальцами за вязаные уши вниз, играясь.
– Такой милаха! Я тебе еще шапку-зайчика свяжу! – Ника расплывается в улыбке, но почти сразу делается серьезной. – Посидишь тихо? Мне надо учиться.
– С радостью! – говорю ей.
Пододвигаясь к стенке, опираюсь спиной на нее, Ника ставит мне на ноги доску с завтраком, а потом кидает рядом наушники в футляре. Конечно, она знает, что за едой я тоже буду что-нибудь смотреть. Сама же садится за компьютерной стол и раскрывает ноутбук, тоже надевает наушники, но большие, с микрофоном.
Какое-то время смотрю ей в затылок и мысленно целую в шею. Потом опускаю взгляд в тарелку. Наконец-то замечаю, что в ней жареная картошка с кетчупом. Все как я люблю. Хорошенько приправленная, с хрустящим хлебушком и солью. С минуту гоняю слюну во рту, после – начинаю есть. От горячего картофеля и острой приправы по телу проносится жар, резко бросает в пот, позже отпускает. Мне становится теплее – и снаружи, и внутри. Кладу перед собой телефон и включаю первую попавшуюся «предложку». Смотрю и ем. Сам не замечаю, как опустошаю тарелку, уже не чувствуя вкуса.
Глава 2
«На паре?»
«Угу»
Никто не зовет тусовку – она сама появляется в доме и гремит отстойным музлом. По голосам примерно понимаю кто там и что. Люди приходят каждый раз одинаковые, они – зачинщики бедлама, а вот с ними обычно всегда новые девчонки. Думаю, последнее заставляет Кирыча задержаться у меня в гостях на подольше.
Друг сидит рядом на кровати и курит, стряхивая пепел в упаковку из-под сухариков. Иногда передает сижку мне, я беру – затягиваюсь, но давлюсь, отдаю ему обратно. Мы все еще в моей комнате, потому что я не готов вот так сразу нырнуть в толпу, мне нужно время.
– Что это за хрень? – все-таки спрашивает Кирыч, толкнув свободной рукой вязаное ухо панды.
– Хендмейд, – кидаю ему я и запускаю пальцы в свою пачку с чипсами.
Стоящий в комнате хруст перебивает звук, исходящий от экрана телика. Но это нисколько не портит обстановку, если нужно, могу разобрать это аниме по ролям и воспроизвести каждое сказанное героями слово. Я периодически смотрю «Семью шпионов», много раз, по кругу. Новых серий пока нет, поэтому приходится играть в день сурка. Друг удивляется, чего это я прикопался к этой анимешке?! Ведь есть много других.