Шрифт:
— Так здорово…
А потом она лежала на спине, он нависал над ней, и они просто целовались. "Только, чур, к груди не прикасайся!" "Не буду", — говорил он, гуляя губами вокруг соска. "Ты же обещал!" — вздыхала она, прогибаясь. "Я же сосков не касаюсь, — бормотал он, — я только дышу на них…"
"Ты меня не тронешь?" — говорила она. "Нет", — мотал он головой. И они целовались.
А потом, уже одевшись, она никак не могла уйти. Смотрела в его лицо, обняв его за шею, целовала и вдруг сказала:
— Я тебя люблю.
— Я тоже… — испуганно сказал он, вдруг понимая, что все пошло куда-то не туда. Наверное, это то самое переутомление, от которого он ее седатировал. И что теперь делать?..
На следующий день, в ожидании ее прихода вышел покурить в пристрой. Там курила медсестра Э. Сел рядом.
— Что, фигуристочку свою ждешь? — сказала она насмешливо. — Запудрил девочке мозги. Неужто уже?
— И не собираюсь, — сказал он. — Она твоя ровесница, но слишком наивна и романтична, зачем портить…
— Ну да, для этого такие как я есть… А видал такие татушки? — спросила она, показывая вкладыш от жвачки. — Хочешь, наклею?
Он пожал плечами. Э. расстегнула его халат, который он носил на голое тело, обнажила плечо и несколько раз лизнула его кожу, чтобы прилепить "татушку" и перенести рисунок. И в тот момент, когда ее мокрый язык гулял вверх-вниз по его плечу, сзади стукнула дверь. Он оглянулся.
В дверях стояла его пациентка и с угасающей улыбкой рассматривала дикую и непонятную картину: медсестра лижет плечо ее любимого массажиста.
За ее спиной запоздало махал руками массажист У. Потом он скажет:
— Она спросила, где ты, ну я и показал. Откуда я знал, что вы там делаете! Не, ну классно Э. тебя лизала! Ой, только не говори, что расстроен. Да ладно, остынет, придет.
Она больше не пришла.
— Вот еще одна поняла, что все мужики — сволочи, — сказал массажист Х. с грустью. — Но лучше я, чем какой-нибудь подлец…
ПОРАЖЕНИЕ АТЕИСТОВ
…Чтобы отвлечься, сделаем следующее рискованное предположение: нет такого человека, который совсем не любит музыку. А когда ты монотонно трудишься руками (хотя заметно крепчают и ноги, которыми ты упираешься в пол, давя руками чужую плоть), — нет лучшего помощника, чем музыка. Поэтому в массажном кабинете на тумбочке стоял магнитофон, и лежала горка кассет. Репертуар постоянно обновлялся, и состоял исключительно из прошлых и настоящих хитов. Массажисты любили веселую музыку, потому что работа требовала ритмичной звуковой поддержки.
Впрочем, интересы сторон объективно расходились. Пациент, лежа под руками массажиста, должен расслабиться, и тут могла бы помочь усыпляющая музыка. Однако пробы показали, что медитативные звуки усыпляют в первую очередь массажиста (он же ночной бессонный сторож). Однажды массажист Х. по-настоящему уснул за шейно-воротниковой какого-то дедушки — видимо, недосып, вступив во взаимодействие с гипнотическим блеском лысины пациента и журчаще-щебечущей музыкой, поборол врачебный долг. Массажисту приснился длинный сон, но когда он открыл глаза, то к собственному удивлению обнаружил себя по-прежнему стоящим за седовласой спиной и мнущим шею и плечи дедушки. Тогда он понял, что стал профессионалом.
От медитативной музыки пришлось отказаться, — мало ли, что ты можешь натворить в своем чутком дельфиньем сне с неподготовленным пациентом. Да и сами пациенты временами засыпали так, что себя не контролировали. Однажды массажист Х. закончил массаж шейно-воротниковой, накрыл плечи тетеньки полотенцем, и, со словами "посидите пять минут", ушел мыть руки. Через три минуты массажист У., пьющий за столом чай, услышал стук, будто возле его ног упало что-то круглое и твердое. Против ожидания, звука качения не было, и он, повернув голову, посмотрел вниз. Возле его ног лежала женская голова и бессмысленно смотрела на него. Он испугался, но через секунду понял, что остальная женщина лежит за шторой в кабинке Х.
– она просто уснула и упала со стула…
Именно поэтому в массажном репертуаре была обыкновенная зажигательная попса.
И вот однажды в кабинете появилась известная в городе личность — диктор местного телевидения с жеманным голосом. Он появился не в привычном сером костюме, в котором вещал с экрана, но весь в байкерской коже — курточка, обтягивающие штаны, кожаная бандана, — чем сразу подтвердил устойчивые слухи о том, что является чуть ли не главой голубой диаспоры города.
— Будь осторожен, — шепнул массажист У. массажисту Х. — Массируй нейтрально, мы же не знаем, какие ласки он любит — жесткие или мягкие. Руки должны быть равнодушны, как на дедушке, а то он воспылать может. И за попу не трогай!
Беззвучно отсмеявшись, массажист Х. вошел в кабинку, где уже лежал на кушетке голый по пояс подозреваемый. Потирая руки, массажист сказал:
— Надеюсь, вы не против музыкального сопровождения?
И, не дожидаясь согласия, вставил первую попавшуюся кассету и нажал на клавишу.
"Голубая луна-а!", — полилось в ухо пациенту.
"Щьорт побьери!" — подумал массажист. Но менять песню не стал и наложил руки на спину пациента, ощущая, как она напряглась. Массировал молча, так же молча расстались.