Шрифт:
Потом последовали три минуты скорбного терпения: КТаня ругался, а Олег молча слушал, размышляя при этом: оплатит ли Котелков междугородный разговор. Одной из любимых присказок Витина, которой он убивал начинающих сотрудников, была следующая: ты хоть понимаешь, как я на тебя зол, я даже матом не ругаюсь. На этот раз КТаня ругался матом, что безусловно радовало.
Наконец, КТаня посоветовал Олегу утонуть в Ирхае, подцепить местную форму триппера и как можно скорее прислать в редакцию все материалы. Олег облегченно вздохнул и приступил к более сложному разговору. Он позвонил домой.
— Лапушка моя. Со мной все в порядке. Я поступил так, как все плохие мужья, у которых проснулась совесть — поехал в Сибирь за длинным рублем. А когда я вернусь, то мое солнышко обрадуется, потому что муж вернется веселым, добрым и богатым.
Трубка молчала. Самое обидное заключалось в том, что молчание предстояло прервать именно Олегу, так как в дверь постучали.
— Милая, нужно работать. Пока. Позвоню еще.
Повесив трубку, Олег подошел к двери. На пороге стоял Котелков.
— Добрый вечер. Как дела?
— Спасибо, отлично. Акклиматизируюсь.
— Завтра большой переезд. Будем жить и трудиться под одной крышей. Давай решим финансовые вопросы.
— Не против.
— Кампания у тебя первая, поэтому тысяча в месяц тебя устроит?
«Тысяча чего?» — еще недавно спросил бы Олег, но он только согласно кивнул.
— Тысяча в месяц и двести в день суточных. Двести, разумеется, наших. Дорога, проживание — все оплачивается. Договорились?
— Да, — сказал Олег.
— Вот и отлично. Толик хотел меня угостить перцовкой, как я понял, тебя тоже. Пошли. Если не понравится, у Владимира Геннадьевича есть хороший коньячок. Посидим, пока не придет Капитан и не станет нас мучить вопросами для анкеты — а что еще туда вставить?
Глава 2 (седьмая неделя, продолжение)
«У нас что, выборы?». Отчет о творческой беседе: пробки и чеки. Конфликт с козлом. Татьяна-секретарша. Двойник вышел на старт. Галактионович в шезлонге. Что такое социология? Астрономия с театральным биноклем. Улица Виктора Цоя. Как убить вражескую сеть? Сахиб со стеком. Каток на правом плече. Ловушка для вранья. Психическая атака. Конфликт с козлами. «Это бардак! Официант, счет!». Разводящий по новостям.
— Добрый день.
— Чего надо?
— Я сотрудник социологической…
— Пошла отсюда. Ну, кому сказано! Проваливай.
…
— Добрый день. Я сотрудник социологической службы…
— Мамы дома нет, а она приказала никого не пускать и с посторонними дядями не разговаривать.
— Тогда чего же ты разговариваешь?
— Вы же тетя, а не дядя.
— Молодец. Всегда слушайся маму.
…
— Добрый день.
— Здравствуйте.
— Мы сотрудники социологической службы независимого исследовательского фонда «Сотрудничество». Проводим опрос по квартирам.
— Ваши удостоверения, покажите, пожалуйста. Да, все правильно. Давайте, спрашивайте. Ну и вопросы у вас, прямо протокол. Какими качествами должен обладать мэр нашего города… За кого из указанных городских политиков вы не намерены проголосовать ни при каких обстоятельствах. У нас что, выборы? Вот спасибо, а то не знал. За кого голосовать то? Не имею право подсказывать? Тоже верно, служба. Я вот САМ пятнадцать лет в органах…
…
— Ну и вопросов у вас. Говорили: будет быстро, а прошло — уже полчаса. Вы бы больше по пенсионерам ходили бы, им все равно делать нечего. Я хотя и безработный, а без дела не маюсь: все хариус да грибочки. Вчера из тайги, завтра опять в тайгу. Повезло вам, что я дома оказался.
…
Ох, подождите. Сейчас чайничек вскипячу, тогда и продолжим. Не торопитесь вы, и часа еще не прошло, как уже бежать. Отвечу я на все ваши вопросы, не беспокойтесь. Просто, вы меня поймите — живу уже десять лет без детей и внучат. А с соседями — только про «Дикую розу» говорить и про рыбалку. Сейчас, сейчас на все отвечу. «Назовите авторитетных людей, к мнению которых вы прислушиваетесь, делая свой выбор». Сейчас попробую. Нет, на такой вопрос быстро не ответить.
— Ну, давай свои результаты разведки.
Гречин был свеж и благодушен, как любой кампанейский технолог, прибывший на площадку всего лишь вчера. Сам по себе огромный, он еще и надел тяжелый черный костюм. Такие двубортные пары, обычно превращают их носителя в офисную крысу, этакого человека в футляре, но Гречин носил свой костюм как непробиваемые воинские латы; которые, как известно и были прообразом делового костюма. По сравнению с ним, Толик Уздечкин и Котелков предпочли легкое вооружение: уважая жаркий август, они надели рубашки с короткими рукавами.