Она щелкнула кнопкой диктофона и взяла в руку камеру с загоревшимся красным глазком.

Лучший музыкант восьмидесятых Майк, помимо того, что написал кучу отличных песен, ввел в употребление «чпок». Наливаешь в стаканчик наполовину водки и наполовину газированной воды. Накрываешь ладонью, поплотнее, чтобы не было зазора между рукой и краями стакана, – и изо всей силы бьешь донышком о колено. Или о бедро – тут уже дело вкуса и анатомических особенностей каждого конкретного пьющего. Смесь в стаканчике взрывается – происходит вроде как буря в стакане воды. В стакане воды с водкой. И пока эта буря бушует – секунду, другую – быстренько опрокидываешь чпок в рот.

Пьется чпок легко, и сивушного привкуса водки при питье не ощущается вовсе. Майк рекламировал новацию как напиток рок-н-ролльщиков, но, скорее, это была составляющая нашего «банкета нищих». Пластинку «Стоунз» «Beggars Banquet» мы тоже тогда все любили.

Если желающих выпить много, а денег мало, то, используя технологию чпока, можно упиться с двух бутылок водки и трех, от силы четырех – минералки. Чпок мгновенно всасывается в кровь и действует сильнее любого ерша.

Я практиковал эту штуку много лет, потом забросил, а теперь вот снова начал. Не оттого, что денег нет, а от естественного для моих лет желания выпендриться.

Пока я думал о Майке и чпоке, Света, не отрываясь от камеры, потянулась к сумке и вытащила из нее бутылку водки.

– Это что такое? – спросил я с непонятной самому себе интонацией.

– Водка. Мне вчера сунули в дорогу, а я подумала, может, вам сейчас лучше стопочку… Чем пиво-то.

– Это логично, – сказал я. – Логично. У тебя, я вижу, опыт. Спасибо. Хотя у меня с этим, – я кивнул на бутылку, – проблем нет.

– Да я знаю, – сквозь зубы, пристально глядя на дисплей, пробормотала Света. – Просто чтобы лишний раз не бегать…

Я открыл бутылку, достал из холодильника минералку.

– По чпоку?

– Это как? – спросила Полувечная.

Я в двух словах объяснил девочке технологию приготовления смеси. Полувечная очень сноровисто махнула первую порцию – именно махнула, поскольку самое интересное в чпоке то, что приготовление и употребление его суть одно и то же. Чпок нельзя приготовить и не выпить. Это непрерывный процесс, ни один из алкогольных напитков, кроме чпока, таким свойством не обладает – единством изготовления и потребления. Это вам не коктейль какой-нибудь, не «кровавая Мэри», с которым когда сталкиваешься, от одного только пошлого названия, не говоря уже о вкусовых качествах, мурашки бегут по коже. То ли дело – ром с пепси-колой. Напиток рок-н-ролльщиков. Сами «Битлз» пили ром с пепси-колой да нахваливали. Или просто пиво. Абсолютно естественный напиток для нормального панка.

Однажды приехал ко мне друг-критик из Москвы. Я сидел дома со сломанной ногой. Вернее, сначала критик прислал свою девушку. Девушка у меня переночевала, а утром критик пожаловал. Что уж заставило его ехать с девушкой на разных поездах – не знаю. Какие-нибудь интриги. Критик в ту пору был модным, печатался, выступал на ТВ, был политкорректно бородат, чтобы, с одной стороны, иметь вид внутренне свободного человека, а с другой – респектабельного функционера. Я критика любил, умный он был и добрый. Послал его за пивом. Магазин с бутылочным пивом находился далеко, а ларек с разливным – под окнами. Бидона у меня дома не было, так что я дал критику чайник, денег и определил его в гонцы.

Критик вышел в мороз, к седому от горячего дыхания алкоголиков ларьку, – в самых дорогих, какие только можно было тогда купить, джинсах, в кожаной куртке за пятьсот баксов, в кроссовках за двести. Переваливаясь упитанным телом, он прошел сквозь толпу мятых, как мой алюминиевый чайник, алкашей и даже не был ими бит. Пришел, отдуваясь, принес полтора литра в чайнике и сказал, что пиво – напиток исключительно панковский. Тогда я научил его чпоку, но критик отказался, схватил в охапку свою девушку и побежал в ресторан, чтобы выпить там чего-нибудь такого, что положено критикам по рангу. Догадывался, наверное, что его девушку я успел ночью, как мы тогда выражались, охомячить. Извертелся весь, конечно, в постели – со сломанной ногой не очень-то разгуляешься, – но получилось неплохо.

– Критик – этот тот, что вам первые концерты устраивал? – спросила Полувечная.

– Что? Какой критик?

– Ну, вы сейчас рассказали про чайник, про пиво.

– Ах, это… Я рассказывал? Да, тот самый. Еще по одной?

– Давайте.

С хорошего похмелья я могу выпить очень много и до вечера оставаться трезвым. Такая уж натура. А вот девочка… Не знаю, сдюжит ли. Хотя мне-то что за дело? Совершеннолетняя. Пусть сама кует свою печень.

– А кстати, как сын ваш поживает? – спросила совершеннолетняя.

– Сын? А что тебе мой сын? Фанатеешь от него?

– Да нет. Просто у меня с ним тоже встреча запланирована. Сегодня вечером. У него ведь новый альбом выходит.

– Я в курсе. Сын у меня парень модный. Завтра, кстати, в тур уезжает. Так что если сегодня вечером не поймаешь – все. Месяца на два придется забыть. Как его, вообще, по радио гоняют?

– Гоняют, – сказала Света. – А вы не слышали?

– Я радио не слушаю.

– Может быть, о сыне пару слов?

– Пару слов… Можно пару слов. Неплохой барабанщик. Хватит?