– Ну, это понятно. Меня куда больше волнует состав, которым следует обрабатывать тело. «Окись натрия», упомянутая здесь, добывается из Нила. Уверен, есть куда более эффективная и не такая труднодоступная смесь. Плюс к этому разрезы для извлечения органов тоже должны делаться по правилам. А мозг, как я читал, и вовсе извлекали через нос.

– Да, слышала такое, – невозмутимо кивает Эл, отправляя в рот кубик сахара. – И органы сами по себе также помещались в особый раствор.

– Маньяки… – качает головой Артемис, отодвигая тарелку подальше.

Play

– Должен признать, Эл, у тебя всегда были более чем странные представления о том, что следует дарить друзьям на день рождения.

– Вижу, и ты в восторге от моей загадки, Бей. Мне пришлось здорово повозиться, чтобы достать всё необходимое. Надеюсь, ты не станешь использовать это в неправильных целях?

– Я мог бы, не знай я того, что моим противником в этом случае станешь ты.

– Ах да, мой ведь ход: e2 – е3. Приятно знать, что благоразумие тебе не чуждо.

– Слон f8 – g7. Да, Эл, не чуждо. В отличие от тебя. Токсикология всегда была твоей страстью, но прислать мне фотографии и капсулы с зарином, VX и ипритом и заставить по снимкам разбираться, где действие какого вещества… Это перебор. Даже на мой взгляд.

– Слон f1 – d3. Между прочим, Бей, на лёгкость задач жаловался именно ты. И я ни за что не поверю, что ты позволил бы себе умереть, беспечно сунув нос во что-то, полученное от меня.

– Рокировка. Я бы вообще никому не рекомендовал открывать что бы то ни было, полученное от тебя…

Pause

Ватари определённо не в восторге, когда Эл заявляет, что для исследований в области анатомии и медицины ей требуется наглядное пособие. Но и не возражает. Спорить с гениальной воспитанницей «Дома Вамми» совершенно бесполезно, она всегда лучше знает, что и когда ей нужно. И воспитатели, и сам Ватари признали это давным-давно и сейчас лишь выполняют её просьбы, если Эл требуется что-то, чего у неё нет. Благо, просьбы эти никогда не выходят за грань возможного.

– Ты что, боишься, Бей? – хмыкает она, взбираясь на табуретку и склоняясь к лежащему на секционном столе телу.

– И не мечтай, – усмехается он, вставая напротив и пробегаясь пальцами по разложенным на полотенце медицинским инструментам.

Наверное, картина с двумя подростками двенадцати-тринадцати лет, занимающимися вскрытием трупа в морге посреди ночи, и показалась бы стороннему наблюдателю откровенно жутковатой, но поглощенным работой Эл и Бейонду нет дела до чувств случайных свидетелей.

– А это сложнее, чем кажется, – вынужденно отмечает Эл, глядя на линию разреза, совсем не такую плавную и ровную, как это показано на иллюстрации в книге.

– Хм, скажи, Эл, это, по-твоему, нормально? – неожиданно медленно произносит Бейонд.

– То, что мы делаем? Процесс получения новых знаний на конкретном примере всегда был и будет нормой. Неважно, как он проходит.

– Нет, я вот об этом, – кивает он на брюшную полость, вскрытием которой занимается. – Разве это нормально?

Глянув, куда он указывает, Эл изумленно распахивает глаза. Она была готова увидеть отсутствие какого-то органа, но только не ленту кишки, завязанную аккуратным бантиком, причем, судя по состоянию, уже довольно давно и при жизни.

– Нет, Бей, это совершенно не нормально, – качает головой она, делая очередную фотографию. Глянув на лицо мужчины, тело которого они исследуют, она вновь переводит взгляд на его брюшину. – Поздравляю, мы, кажется, столкнулись с убийством.

Play

– О, а вот за джем спасибо. Что это, Эл, извинение за то, что в прошлый раз ты прислала мне химическое оружие?

– Вообще-то, именно это было подарком на день рождения, просто задержалось при пересылке, судя по всему. У меня, кстати, тоже рокировка.

– Стоит ли мне принять подарок с благодарностью, или за всем этим стоит новый подвох? Ферзь d8 – с7.

– Как знать, Бей, как знать… Ладья a1 – b1.

Pause

Несмотря на распространенное утверждение, что мир не меряется абсолютными мерками, что не бывает только белого или только черного, только плохого или только хорошего, Эл готова с этим поспорить. Мир делится на две половины: интересное и скучное, и второе определённо не стоит того, чтобы тратить на него время и силы.

«Дело о завязанных кишках», как окрестил его Бейонд, становится их дебютом и служит отличной возможностью применить полученные ранее знания на практике. До этого Эл в одиночку расследовала кражи и мошенничества, не касаясь убийств. Могла бы, но Ватари решительно дал этому делу красный свет, сказав, что десятилетнему ребёнку нельзя ввязываться в подобное. После того же, как труп, отданный им для исследования, оказывается криминальным, и Эл на пару с Бейондом проводят собственное независимое расследование, запрет снимается сам собой.