Прекрасный белый снег - Арефьев Валерий Михайлович

Веня потянулся, приподнял немного голову на подушке, повернулся к голосам:

— Здорово, мужики! Кто ведёт?

Несколько человек в больничных полосатых пижамах, забивавших видимо козла, тут же развернулись в его сторону.

— О! Здрасьте! Проснулся, самоубийца! Ну здорово, здорово! — громко и весело, улыбаясь во весь свой щербатый рот сказал один из них, судя по голосу тот самый, что объявил рыбу. — Наше вам с кисточкой! Живой?

С этими его словами мужики все разом встали и обступили Венину постель.

— Живой, живой, — как-то сник тут же Веня. — И всё-то вам известно... У вас тут что, разведка...?

— Ага! Разведка! Разводка... Тебя как величать-то, чудо? — снова улыбнулся щербатый.

— Родители Вениамином называли, — выдавил из себя Веничка. — А в школе — Витамином.

— А ты, Витамин-Вениамин, говорят, чуть не зажмурился вчера! Разведка доложила... Так что, с днём тебя рождения, братан! С вас полбанки, сударь! — И с этими словами он совсем уже радостно, счастливо ухмыльнулся, осклабился как дворовый котяра и обведя взглядом остальных обитателей палаты уточнил: — Каждому! Правильно, братва? — и тут же протянул свою ладонь: — Константин. Можно просто, Костя. А для друзей — Костян.

Веня выпростал свою правую руку из под ремней и тоже подал собеседнику. Костина ладонь оказалась неожиданно тяжёлой и большой для такого, не великого в целом мужичка.

— Тогда и меня можно просто, Веня, улыбнулся он в ответ. — Готовь, Костян, посуду! По такому случаю что-нибудь придумаем! Бухать сегодня будем! — Настроение у Венички стало резко улучшаться...

Новый день Светка встретила разбитой совершенно. Позднее серое ноябрьское утро, мокрым снегом заметая стекла у подоконных козырьков тоскливо глядело из окна, словно бы тоже хотело поплакать по неожиданной утрате, и тоже не могло. "Ладно хоть, — подумала она, — на работу можно не спешить. Хоть сегодня утренних не будет. Надо бы Катюхе позвонить, на дневной группе чтобы, подменила если что. Когда ещё доеду... И Машку, хоть немного прогулять."

— Да, Машуля? — она потрепала по загривку своего верного, не поддающейся никакому анализу породы, смутно напоминающего толстый отрез варёной колбасы друга с весёлым, вечно виляющим хвостом колечком, преданными круглыми глазами и засыпанным рыжими веснушками белым носом.

Машка, как удивлённый воробей, повернула голову немного набок и приподняла в ответ левое ухо: слушаю, мол, слушаю!

— Сегодня, Машуля, я с тобой гуляю, — сообщила ей грустно Светка. — Нет сегодня твоего Веньки.

В ответ собака тяжело вздохнула, передними лапами влезла хозяйке на колени и лизнула её в мокрое лицо: понимаю, мол, чего ж тут непонятного...

Светка включила чайник и наскоро умылась. Постель застилать ей не хотелось, не было настроения, да и некому сегодня вроде... Венька, ужасный педант, терпеть не мог в доме беспорядка: даже такая незначительная мелочь как неубранная постель его ужасно раздражала. Как в нём уживались такие несовместимые вроде бы вещи, как нудный этот педантизм, склонность к порядку и одновременно полное раздолбайство по жизни, для неё было загадкой. Ей же самой такая ерунда, вроде вчерашних чашек на столе или неприбранной постели, была вообще по барабану. Но сегодня его не было, не было здесь сегодня её Вени...

Светка достала банку кофе, немного поколебавшись положила две полных ложки и добавила ложку сахара, что делала очень редко, в самых крайних случаях. Но сегодня мозг требовал глюкозы и она пошла ему навстречу. "Хорошо хоть, прибраться вчера не поленилась, — равнодушно как-то подумала она. — Сейчас бы не смогла."

Ночная бригада скорой помощи моментально, в пять минут затоптала прихожую, комнату и кухню жидкой ноябрьской снежной грязью. Вопросов лишних, слава Богу, никто задавать не стал, всё и так было достаточно понятно. Пустая упаковка амитриптиллина на столе, ещё какие-то, тоже пустые облатки, недопитая бутылка джина, тело на кухонном диване, головой на столе. Чего тут спрашивать! Старший бригады, дядька лет за сорок с усталыми глазами, только покрутил в руках пустую уже коробочку и буркнул неодобрительно:

— Ого! Амитриптиллин! Откуда только взяли? — и посмотрел испытующе на Светку. — Да ладно... Что теперь-то... Не до этого сейчас...

Он пощупал пульс, оттянул Венькины веки и заглянув коротко в глаза спросил:

— Давно?

— Не знаю, — всхлипнула Светка. — Я телевизор в комнате смотрела, а потом в кухню захожу, вижу — он лежит. Сразу вам и позвонила.

— Так. Хорошо, — он взглянул на часы, — хорошо. Значит недавно. Недавно, — повторил он ещё раз и обернулся к напарнику.

— Адреналин, десять кубов в вену. И зонд для промывания готовь. А мы с вами, — это уже Светке, — быстренько заполним документы. Вы кем ему приходитесь?

— Женой, — всхлипнула опять Светка, — жена я ему, — почти уже срываясь, в голос прорыдала она в ответ.

— Так, женщина, — доктор посмотрел на неё очень внимательно, — ну-ка успокоились, взяли себя в руки, — и тихий голос его гулким колоколом прозвенел у Светки в голове. — Слезами горю не поможешь! У нас мало времени. Так что, соберитесь, дорогуша, соберитесь! Чем быстрее здесь закончим, тем лучше для него. Ну что, готовы?