Шрифт:
– Да, – я повернулась к ней лицом.
– А я приехала в командировку из Москвы. По работе, в общем. Но вот выдался свободный вечер, и я думаю, куда пойти. Петербург – это же совершенно иной мир.
– Так вы из тех москвичей, что любят северную столицу? – я приятно улыбнулась.
– Да, из тех. Нас ведь два типа.
– Второй тоже неплох, но дружить я склонна с первым.
Девушка тут же сделала пару записей в своей тетради.
– Я стараюсь запечатлевать здесь все, что мне интересно, – пояснила она.
– Зачем?
– Чтобы не забыть и понять свою карму. Я люблю возвращаться к пройденному этапу – а иначе как можно учиться?
Я посмотрела вдаль, именно вдаль, так как перед собой я замечала не многое, а то немногое, что всё-таки приобретало какие-то черты, мне было не так уж и важно. Рядом сидит девушка и ей нужен мой совет. Вот мы посмеялись. Я знаю, Полина приехала сюда работать.
Зачем-то мы сидим здесь! Так почему бы не узнать, зачем?
– Где вы работаете?
Она вновь повернулась ко мне – на вид лет тридцать, любит за собой ухаживать. Так и кому по профессии принадлежала эта Вселенная?
– Маркетолог в компании кофе. А вы не торопитесь никуда?
– На самом деле мне нужно на час уйти в университет, провести лекцию, но потом я совершенно свободна.
– Отлично! Обменяемся телефонами и созвонимся тогда.
Похоже, многое в её жизни существовало в пределах её телефона.
– Не поверите, но я так знакомлюсь впервые. Тем более с девушкой.
– Это замечательно. Одному в чужом городе хорошо, но вдвоём лучше.
В данный момент я так и полагала.
Спустя два часа мы встретились в том самом заведении. Девушка всё записывала в блокнот и пила неспешно голубое шампанское.
– Вкусно, и вообще здесь хорошо.
Я села напротив и заказала чашку кофе.
– Рассказывай, как у тебя с мужчинами! – её глаза засверкали.
– А никак, то есть была парочка историй за последние полгода, но они прошли, так и стоит ли об этом вспоминать?
– Мужчины, дорогая, стоят того, чтобы о них вспоминали, – она глотнула ещё. – Знаешь, по какой причине? – она взяла паузу. – В нашей жизни настоящего мало, а вот такие воспоминания с течением времени способны рассказать, когда и с кем ты жила по-настоящему. Это способно подарить только время. И более того, каждое из этих воспоминаний будет окрашено в свой неповторимый оттенок. Это не значит, что нужно пребывать в постоянном томлении или унынии, печали, радости, что приносит нам прошлое… Я так это понимаю. Прошлое, проведённое с человеком, приводит тебя к той гамме, в которой ты есть сейчас. Тебе никогда не было интересно, почему?
– Моя гамма – тёмно-синяя. Я сама себя в неё окунула и испачкалась по самое не хочу.
– Так ли это? – ещё глоток. – Мне кажется, просто кто-то там, в твоём прошлом, подвёл тебя к этому оттенку, тебе понравилось, вот ты в нём и пребываешь. Конечно, ты сама ответственна за то, как долго всё это будет продолжаться. Но если тебе хорошо в тёмно-синем и, мне кажется, оно тебе к лицу, так почему бы не понять, кто тебе его подарил, и не вспомнить этого человека? – девушка погрузилась в записи.
Я задумалась.
Тёмно-синий мне подарили не так давно: пару недель назад. Я испугалась и решила законсервировать свои впечатления от соприкосновения в номинальной пустоте и тишине, но это ведь невозможно. Есть люди, и точка. Они просто есть. Не в моей власти отказываться от них.
Этот вечер мы говорили как сёстры. Она была старшей. Я не просила о сестре – но тогда всё вышло чрезвычайно органично. Кто-то за мной присматривал, это точно.
Спасибо.
Чёрная смородина
Федя работал барменом в одном небольшом, но уютном заведении в центре Петербурга.
К тому моменту, когда он показался мне настойкой, мы дружили полтора года.
Я села в зале. На входе заметила, что за стойкой Феди не было. Мне дали меню, я, не буду скрывать, с некоторым сожалением углубилась в список блюд. До меня донеслось:
– Кому это?
– Юле.
– Какой Юле?
– Ну нашей же.
Из-за стойки вышел мой высокий друг, что было несколько неожиданно. Он приветственно помахал мне и подошёл прямо к столику, более того, сел за него.
Я отвлеклась от меню.
– Привет.
– Привет, – не могла сдержать улыбки.
К нам прибежала администратор:
– С тобой всё хорошо? – она обращалась к Феде.
– Даже очень.
Она продолжала вопрошающе смотреть, её взгляд перебегал от стула к глазам бармена и обратно.
– У нас за стойкой куча людей, – на этих словах девушка решила удалиться.
В смежном с баром зале кроме меня никого не было.
– Тебе же нельзя садиться?
– Ну а я взял да и захотел.