– То и значит, что без живности. Комары есть, а всё остальное пару недель назад травили.

– Всё остальное?

– Да. Клопов, тараканов… Всё в порядке, девушка, не переживайте. Можете купить спираль от комаров, если это беспокоит.

– Ну да, беспокоит. Тогда спираль, капучино с карамельным сиропом и… У вас есть круассаны?

– У нас нет ни круассанов, ни сиропа, ни капучино. Три в одном или чёрный. Могу предложить молоко. Выбирайте.

Я выбрала три в одном и глазированный сырок. Продавщица назвала цену, и внутренний чёртик заплясал сальсу.

– Вот, – протянула браслет.

– Это ещё что?

– Браслет. Он из белого золота, с бриллиантами.

Она скептически посмотрела на мою ладонь.

– Ну да, конечно. Либо деньги давай, либо ищи другую дуру.

Я пришла в недоумение. Она потеряла ко мне интерес и занялась витриной.

– С чего вы решили, что я вас обманываю? Это настоящее белое золото – на пробу посмотрите.

– И смотреть не буду. Здесь таких, как ты, по десяток в неделю. Если настоящий, значит, краденный. Ещё хуже.

Я только и могла открыть и закрыть рот.

– Ничего не…

Ренат отодвинул меня в сторону и положил на стойку ещё пару купюр. Забрал мой сырок, кофе и молча отданный ему этой недалёкой ключ.

– Простите, она сегодня не в себе. Хорошей ночи.

***

Номер оказался крохотный. Покрывало, которым была застелена кровать, стирали, должно быть, миллион раз.

Вместо душевой я нашла шторку и дырку в полу, из которой торчало нечто, похожее на волосы. Как-то помимо воли вспомнился Слава в его неизменной белой рубашке и пиджаке. Зал, украшенный живыми цветами, и многочисленные представители СМИ, которые должны были освещать свадьбу дочери премьер-министра и одного из богатейших молодых бизнесменов.

Скинув одежду, я встала под душ. И взвизгнула.

– Ай-ай-ай, – огляделась в поисках полотенца, но его не оказалось.

Вода была ледяная. Я покрылась мурашками с головы до ног.

Дверь вдруг хлопнула о косяк.

– Что случилось?! – голос Рената сотряс стены.

Я округлила глаза, пытаясь прикрыться. Он выругался и резко отвернулся. Вышел в комнату и, вернувшись, швырнул мне полотенце.

И тут я увидела торчащий у него из-за пояса пистолет. Самый настоящий, блестящий, чёрный и грозный даже на вид.

Глаза у меня опять распахнулись. Ренат перехватил мой взгляд и стиснул зубы.

– Ты что орала, как ненормальная? Я решил, что тебя режут.

– Вода… – промямлила я, показав на кран. – Холодная.

Он отстранил меня и выкрутил кран с горячей до упора.

– Я проверила – холодная.

– Подожди две минуты и станет горячая, – процедил он сквозь зубы. – Это тебе не президентский люкс на Майорке.

С Майоркой он попал в точку. Мне нравилось бывать там, и я всегда останавливалась в президентском люксе. Но комментировать это я не стала.

– Если что-то случится, зови, – сказал он. – У меня соседний номер, всё слышно отлично. Только не ори, если увидишь таракана. И дверь запри. Это не автоматические двери, сами они не закрываются.

– Я не боюсь тараканов.

Он хмуро посмотрел на меня и ушёл. Похоже, стал ещё злее. Немного подождав, я потрогала воду. И правда, тёплая. Глядишь, ещё через минуту кипяток пойдёт.

Шум душа стих, и я услышала голос Рената.

– Да… Да. Хорошо, я понял.

Голос стал тише, и разобрать слова я больше не могла. Ну увидел он меня голую, что теперь?! Как будто ему четырнадцать, и я первая голая женщина в его мире!

– Подумаешь, – шепнула, повернувшись к зеркалу, чтобы оценить, как именно предстала перед ним. Но зеркало запотело, и различить я ничего не смогла. Прискакал с пушкой наперевес! В тараканов, наверное, стрелять собрался.

Я совсем забыла о кофе, и он остыл. Мерзкое сладкое пойло. Надо было сэндвич брать и чёрный, как Ренат. Ренат…

Я будто опять почувствовала под пальцами его напряжённое тело, рельефный живот. Если поставить рядом с ним Славу – смешно будет.

На улице заухала сова. Я подошла к окну, и вдруг что-то щёлкнуло. Свет погас. Наощупь я нашла выключатель – ничего.

– Ренат, – позвала, тихонько постучав в стенку. – Рен…

– Что тебе?

И опять он был недоволен.

– У меня света нет.

Он не ответил, зато минуты не прошло, как в дверь постучали. Я впустила его.

В темноте он показался мне ещё выше.

– Вот, – демонстративно щёлкнула выключателем. – Не горит.

– И что, без света никак? Во всём мотеле света нет.

– Как во всём?

– Вот так.

– И что теперь?

– Ничего, спать.

Ренат

Шёл второй час ночи, а я ворочался с боку на бок, прислушиваясь к каждому звуку. Она ходила за стенкой и что-то напевала. Да ёшкин кот!