– Делай, что хочется...- выдыхаю. Билл улыбается.

Наверно я не чувствовал себя так никогда. Это очень стыдно. Правда. Даже, когда понимаешь, что никто не узнает, что Билл ничего плохого не сделает... просто, его пальцы так внезапно оказались там, где я-то себя трогаю только когда... черт... ну... и я по-любому краснею. И не хочу открывать глаза. Сухие губы ползут по моей щеке:

– Ты там такой горячий...- зажмуриваюсь, когда чувствую давление на анус, как-то само собой получается, что я сжимаю колени, рука Каулитца оказывается зажатой между ними. Еще несколько мгновений несколько пальцев весомо скользят по моему самому интимному месту, иногда почти проникая внутрь, но останавливаясь, будто боясь сделать что-то без разрешения. Его ладонь возвращается на мой член, чуть сжимает его и ползет дальше по животу, выше, к самой шее...

– Мне нравится, когда ты смущаешься...- его шепот и легкое касание губами моего виска. Ложусь набок и утыкаюсь лицом в подушку.

– Каулитц...- бурчу,- идем уже завтракать...

Да, я смущаюсь. Но кто бы ни смущался на моем месте?

В этом домике нет электричества, зато есть несколько керосиновых ламп и настенных фонарей на батарейках. Сейчас день, если бы быть точным – три часа дня. Как же я рад часам. Теперь я снова ощущаю движение времени. Там, в пещере, мне казалось, что время стоит на месте. Единственное, что доказывало обратное – смена дня и ночи, рассветы и закаты. Сейчас за окном метель, настоящий буран. Как же я рад, что я нахожусь в тепле.

После завтрака я решил привести себя в порядок: сбрить недельную бороду. Пока я возился сам с собой, Билл крутился на верху: мыл полы, протирал пыль и пообещал, что сможет привести нашу одежду в божеский вид. Ходить в халатах хоть и довольно удобно, но мне все-таки не очень комфортно, когда у меня там между ног что-то болтается.

Было странно услышать чужой голос в основной комнате. Я уже подумал, что нас нашли и кинулся наверх, но сильно обломался, когда увидел, как довольный брюнет сидит перед небольшим радио.

– Я нашел его в тумбочке, когда убирался в туалете.- Объясняет он, оглядываясь на меня.

– Круто...- да уж, разочарование.- Я уже подумал, что тут кто-то чужой... а это всего лишь голос радио ведущего.

– Красивая песня...

Подхожу к Биллу, укладываю руки на его талии:

– Это Red – Hymn For The Missing... хорошая песня. Потанцуем?

Он улыбается, а я за ним. Билл устраивает руки на мои плечи, обнимает, перекрещивая их за моей головой. Притягиваю его к себе, обвивая тонкую талию, начинаю осторожно кружить его по импровизированному танцзалу. Его дыхание по моей шее...

Tried to walk together

Мы старались держаться вместе,

But the night was growing dark

Но темнота ночи накрывала нас.

Thought you were beside me

Я думал, что ты рядом,

But I reached and you were gone

Но стоило мне протянуть руку, и ты исчез.

Очень медленно и слишком близко. Так не было никогда и уже наверно не будет. Впервые в жизни мне не хочется просто переспать, а нравится быть с человеком на одной волне. И я вожу губами по его виску, и вновь заглядываю в красивые глаза.

Sometimes I hear you calling

Иногда я слышу твой зов,

From some lost and distant shore

Доносящийся с затерянного и отдаленного берега.

I hear you crying softly

Я отчетливо слышу твой плач,

For the way it was before

Призывающий повернуть время вспять.

И внутри кто-то скребется, просится наружу, чтобы сделать что-то сумасшедшее. Чтобы полностью раскрыться перед данным мне человеком. Почему именно Билл? Я рад тому, что это Билл. Честно, рад. Я устал от напыщенных красоток. Я хочу дарить свою нежность этому милому созданию...

Where are you now? Are you lost?

Где ты сейчас? Ты заблудился?

Will I find you again?

Отыщу ли я тебя вновь?

Are you alone? Are you afraid?

Ты одинок? Тебе страшно?

Are you searching for me?

Ищешь ли ты меня?

Медленно двигаемся в танце. Не свожу глаз с его омутов, в которых тону с головой. И как я раньше не замечал красоты его бледного лица? Его беззащитности и хрупкости? Как я мог ненавидеть его? Почему?