— Мутит? — спросила Раиса.

— Да нет, просто…

Он попытался определить свое состояние словами и не смог, только поморщился.

— Теперь похмеляться надо?

Коля покачал головой:

— До этого, слава богу, не дошел. Чаю бы покрепче…

Она вышла на кухню. Хлопнула дверца шкафчика. Прошелестела бумага.

— Как Мамай прошел, — сказала Раиса входя. — Ладно, сейчас сбегаю.

Уже у двери обернулась подозрительно:

— А не усвистишь?

Он усмехнулся, через силу шевельнув губами, и поправил полотенце на лбу.

Раиса ушла, и почти сразу появился Павлик.

— Райка у нас была?

— Ага. За чаем побежала.

— Я на минуту, — успокоил Павлик. Он был в своей зеленой спецовке, с «Новотайгинском» на спине, — в руках — рабочий чемоданчик.

— Да сиди, — сказал Коля.

— Мне же назад. Просто рядом был, в мастерской делал разводку.

Павлик работал на электромонтаже, в хорошей бригаде, но настоящую квалификацию пока что не набрал и в основном занимался мелочевкой.

— Сиди, — повторил Коля, — придет — чаю попьем. Он помялся немного, но все же спросил:

— Я вчера лишнего не натворил?

— Все нормально! — тут же возразил Павлик, будто этого как раз вопроса и ждал. — Все о'кей. Пришли, разделись и спать.

— А вахтерша?

— Я сказал, ты опять ногу подвернул.

Да, подумал Коля, небось зрелище было… Оставалось уточнить еще одну деталь:

— А где же мы с тобой встретились?

— На углу, у магазина. К тебе какой-то тип лез, а ты его оттолкнул.

— Сильно оттолкнул?

— Да нет, все нормально, он потом поднялся. Он пьяный был. Коль, ты просил напомнить.

— Что?

— Письмо тебе надо послать. Ларисе.

Коля насторожился:

— А что за Лариса — не сказал?

— Как что за Лариса? — удивился Павлик. — Твоя дочь.

— А-а, ясно. — Коля помедлил. — Много я тебе наговорил?

— Да нет, правда, все нормально. Вот только чтобы напомнил насчет письма.

— Это спасибо, пошлю. Надо послать.

— У тебя неприятности, да?

Павлик смотрел на него не с любопытством и даже не с сочувствием, а с той спокойной готовностью взять чужую беду на себя, какую и встретишь разве что в семнадцать лет. Хороший парнишка, с жалостью подумал Коля, хороший, но как жить будет? Если под каждое бревно подставлять хребет…

— Да как сказать? — поднял брови Коля. — Не то чтобы неприятность… Меня-то, в общем, и не касается. Но…

— Тебе полотенце намочить?

— Да не стоит. Это я так, по инерции.

— Приду с работы, расскажешь, ладно? — сказал Павлик. — Я в полшестого приду.

— Само собой! — тут же согласился Коля.

До полшестого можно не то что неприятность — роман сочинить.

Павлик встал, проверил замки чемоданчика. В просторной спецовке он смотрелся еще щуплей.

А Вовка небось рослый, подумал Коля. И неожиданно спросил:

— Старики твои оба живы?

Павлик не понял:

— Какие старики?

— Ну родители.

Павлик слабо улыбнулся:

— Они не старики. Отец в волейбол играет.

— Как ты с ними?

Парнишка словно бы удивился вопросу:

— Хорошо. Как же еще?

— А чего же тогда уехал?

Павлик поставил чемоданчик на пол и прислонился к дверному косяку.

— Во-первых, интересно, а во-вторых… Понимаешь, у нас очень хорошая семья. Ни скандалов, ни ссор. Даже с сестренкой бесконфликтное существование. Если что не так, спокойно выясняем, и все. Поэтому я еще в восьмом классе решил уехать. И отец, в общем, поддерживал. Только в последний момент возникли трения…

— Погоди, — остановил Коля, — связи не чувствую. Если все так нормально, уезжать-то зачем?

Павлик пожал плечами:

— Да как сказать… пожалуй, скучновато стало.

— Ясно…

Вот так оно, подумал Коля, так уж люди устроены. От плохого бегут и от хорошего тоже.

Вернулась Раиса. Павлик поднял свой чемоданчик и ушел.

Раиса поставила чайник, зашла в комнату и села у Коли в ногах.

— Ну, полегчало?

— Отошел.

— Сейчас заварю… Часто это у тебя?

— Не очень.

— А я сразу поняла — запойный.

А что, подумал Коля, запойный так запойный. На все случаи отговорка.

— Как догадалась? — спросил он.

— Тут и гадать не надо. Разве путного мужика станет носить с места на место?

Раиса пошла на кухню, Коля за ней.

— Слава богу, ходишь, — отметила она. — Я уж думала — все, околел.

Чайник кипел, позванивал крышечкой. Раиса отключила баллон, распечатала заварку.

Коля взял у нее пакетик:

— Дай-ка, я. В момент, по-узбекски.