С четвертой попытки мне удалось нащупать ниточку. Я переговорил непосредственно с вице-президентом фирмы, и он меня внимательно выслушал.

– Возможно, – сказал он, – возможно.

Это был большой мужчина с широкой талией, опутанной золотой цепочкой от часов. Он наклонился и нажал кнопку внутренней связи.

– Да, сэр?

– Принесите мне список наших клиентов. Начиная с ноября 1952 года.

– Сэр?

– Начиная с ноября 1952 года.

– Да, сэр.

Мы болтали о пеленочном бизнесе, пока не принесли список. Потом он вручил его мне, и я начал проверять фамилии. В прачечной числилось чертовски много клиентов. Наконец в списке за декабрь я наткнулся на имя Элис Драйзер. Адрес был тот же, что мы уже проверили в Бронксе.

– Вот она, – сказал я. – Можно отыскать ее квитанции? Вице-президент посмотрел на имя:

– Конечно, минуточку.

Он снова переговорил с секретаршей, сказал ей, что ему надо, и несколько минут спустя она принесла пожелтевшие карточки. Они и поведали мне, что Элис Драйзер пользовалась услугами прачечной до февраля. Она опоздала внести плату за февраль и отказалась от услуг в марте. Ей доставили пеленки на первую неделю марта, но она их не оплатила. При этом она не уведомила компанию о своем переезде и не вернула пеленки, которые прислали ей на первую неделю марта. Компания не знает ее местонахождения.

– Если вы найдете ее, – сказал мне вице-президент, – дайте мне знать. Она нам должна.

– Всенепременно, – сказал я и откланялся.

Отчеты о поисках Драйзеров поджидали меня в участке. Джордж нашел семейную пару, которая утверждала, что они приходятся Карлу дядей и тетей. Им известно, что он женился. Они сказали, что девичья фамилия Элис – Грант. Сказали, что она живет где-то на Уолтон-авеню в Бронксе или, по крайней мере, жила там, когда Карл с ней познакомился. Нет, они не виделись с Карлом и Элис вот уже несколько месяцев. Да, им известно, что у четы Драйзеров родилась дочь. Они узнали об этом из открытки. Но они никогда не видели малышку.

Мы с Пэтом принялись разыскивать Грантов, живущих на Уолтон-авеню, обнаружили некоего Питера Гранта и отправились навестить его вместе.

Дверь открыл лысый мужчина в нижнем белье со свисающими брючными подтяжками.

– Кого надо? – спросил он.

– Полиция, – сказал я. – Нам нужно задать вам несколько вопросов.

– О чем еще? Покажите свои значки. Мы с Пэтом помахали у него перед носом своими удостоверениями, а лысый внимательно осмотрел их.

– И какие вопросы вы хотите задать?

– Вы Питер Грант?

– Ага. Точно. А в чем дело-то?

– Можно нам войти?

– Конечно, входите.

Мы прошли за ним в квартиру, и в маленькой гостиной он указал нам на стулья.

– Ну и в чем дело-то? – спросил он.

– Элис Драйзер приходится вам дочерью?

– Да, – подтвердил он.

– Вы знаете, где она живет?

– Нет.

– Да ну, мистер, – вмешался Пэт, – вы не знаете, где живет ваша собственная дочь?

– Не знаю, – огрызнулся Грант, – и мне чихать на это.

– Почему? Чем она вам не угодила?

– Ничем. Ничем. Это не ваше дело.

– Очень даже наше, – сказал я. – Ее дочери свернули шею.

– Да мне на нее… – начал было он. Потом замолчал и уставился прямо перед собой. Его брови сдвинулись вместе в хмурой напряженной гримасе.

– Мне жаль. Но я все равно не знаю, где она живет.

– А вы знали, что она вышла замуж?

– За этого матроса? Да, знал.

– А вы знали, что у нее родилась дочь?

– Не смешите меня! – сказал Грант.

– А что в этом смешного, мистер? – удивился Пэт.

– Знал ли я, что у нее родилась дочь? Черт возьми, почему же она тогда вышла замуж за этого матроса? Не смешите меня!

– Когда ваша дочь вышла замуж, мистер Грант?

– В прошлом сентябре.

Он изучающе посмотрел на мое выражение лица и добавил:

– Давайте подсчитывайте. Ребенок родился в ноябре.

– Вы виделись с ней после свадьбы?

– Нет.

– А малышку вы видели?

– Нет.

– У вас есть фотография дочери?

– Думаю, есть. У нее неприятности? Вы думаете, это она сделала?

– Мы еще не знаем, кто это сделал.

– Может, и она, – тихо сказал Грант. – Может, и она. Я дам вам ее фотографию.

Через несколько минут он вернулся с фотографией довольно простенькой девушки в шляпке. Светлые глаза, прямые волосы, напряженно-серьезное личико.

– Она вся пошла в мать, – сказал Грант. – Да упокой Господь ее душу!

– Ваша жена умерла?

– Да. Эта фотография была сделана, когда Элис закончила школу. Она закончила школу в июне, а вышла за матроса в сентябре. Она.., ей сейчас только девятнадцать, знаете ли.