Фрукты стоили копейки, если брать их у местных, а не у перекупщиков, к концу лета Лали уже хорошо ориентировался, где можно купить подешевле, и это радовало. Он решил никуда не уезжать и остаться на зиму здесь. В городе была неплохая больница и Лали в самом начале лета стал там на учет как беременный. Хотя у него не было прописки, и принимать его не хотели, но Лали попросил помощи у Рафика, и в следующий его приход к акушеру с ним уже нормально разговаривали без брезгливо поджатых губ.

Лали понял, что жизнь у него потихоньку налаживается, и стал успокаиваться. В голове даже стали появляться посторонние мысли, как там Сашенька и почему он с ним так поступил, и еще на задворках сознания появлялась мысль, что там с романом. На папину почту (которую Лали считал теперь своей) так и не приходили ни письма, ни сообщения. И если бы Лали отправил роман по почте, то был бы уверен, что его роман потерялся в пути.

Но вот лето и закончилось. После нескольких проливных дождей температура упала. И по утрам и вечерам стало достаточно прохладно, днем еще было совсем тепло, но в воздухе уже запахло осенью. Рафик сказал, что летний сезон можно считать закрытым, и устроил всем своим работникам настоящий банкет. Столы ломились от еды, вино текло рекой, а вечером Рафик отрядил крепких ребят помочь Лали транспортировать пьяные тушки приятелей в домик к Крысе.

Утром только Лали смог подняться, потому что он единственный не пил вчера. Но когда он пришел к Рафику, то увидел сложенные зонты, кресла и столы, крепкие молодцы резво складывали все в грузовички и увозили. Рафик предложил попить с ним кофе, и пока они не торопясь выпили по чашечке, все было увезено, на улице осталось только пару столиков для любителей покурить на свежем воздухе.

Рафик шевелил усами и, похоже, примеривался к какому-то разговору. Потом вздохнув, он начал издалека. Поинтересовался планами Лали на будущее. Тот без утайки рассказал, что собирается остаться здесь, ему нравился городок, да и уезжать ему, по сути, было некуда. Он беременный и одинокий, а здесь он хоть как-то обжился и переезжать на другое место совсем не хочется.

Рафик тогда душераздирающе вздохнул, и после этого сказал, что омега не должен жить один, а тем более с ребенком. У него должен быть дом и надежный альфа, который о нем позаботится и поможет потом поднимать малыша. Оказывается, к Лали уже сватались некоторые местные альфы. Все видели, что Лали ведет себя честно, не заводит шашней с приезжими и не строит глазки альфам. А еще он красивый и трудолюбивый. Они были согласны взять его супругом, даже несмотря на то, что у него за душой ни гроша и он беременный от другого альфы.

Лали очень удивился подобному заявлению, он и не замечал, что кто-то присматривается к нему с такими серьезными намерениями. Рафик ухмыльнулся и пояснил, что сваты по обычаю приходили с разговором вначале к нему, как старшему альфе, который сейчас отвечал за омежек. Но Рафик всем объяснял, что до конца летнего сезона даже не будет говорить с ним на эту тему.

После этого он честно рассказал обо всех кандидатах. Там были пара вдовцов, которым был необходим супруг в доме, чтобы получить помощь по хозяйству и с детьми. У одного был один ребенок, у другого двое, а где двое там и третьему всегда будут рады. А там глядишь и получится общий ребеночек. Кроме этого, сватался одинокий альфа, он был, правда, не очень красив на лицо, но Рафик уверял, что он просто золотой характером человек и очень работящий. У него есть свой док и он занимается гоночными яхтами. Он готовит их к соревнованиям, чистит днища и сам изготавливает такелаж.

А еще был племянник самого Рафика, его первый супруг оказался стерилен из-за какой-то детской болезни, и он сейчас искал второго мужа, который гарантированно был бы фертилен. Их вера и местные законы позволяли иметь им несколько супругов, и Рафик мог гарантировать, что в новой семье Лали будут рады как родному, и никогда не попрекнут ошибкой молодости. Да и у ребенка будет нормальная семья, в которой о нем будут заботиться, и своя крыша над головой, что совсем немаловажно.

Лали сидел, потупившись, и кусал губы, он был не готов к такому разговору. Он вообще не думал о возможном браке с кем бы то ни было. Рафик понял его без слов и по-отечески похлопав его по руке, попросил подумать и сообщить о своем решении. После этого Рафик встал и ушел, а Лали поплелся к себе. Там уже просыпались приятели и вяло строили планы, чем бы заняться в последний день перед отъездом.

Они дошли до песчаного пляжа, но песок был мокрым после дождей, а вода уже остыла и из голубой стала сине-серой, совсем как пасмурное небо. Лали вяло слушал их планы на будущее лето и обдумывал слова Рафика. В них была своя сермяжная правда и рациональное предложение. Рафик не просто поучал «про жизнь», а давал готовые варианты решения проблемы. Тем более, вариантов было несколько, и если быть до конца честным, один лучше другого.

Нет ничего постыдного в том, чтобы помочь другому человеку в воспитании детей, тем более, что альфа принимает на себя сразу двоих, и его и ребенка. На такое не каждый бы согласился. А например тот альфа который занимался яхтами, то что с того, что он не красив? Если он хороший человек (а Лали верил суждениям Рафика), в человеке красота это ведь не самое главное… А например пойти вторым супругом к племянику Рафика, это выглядело вообще как-то экзотично и щекотало воображение фривольными сценками, да и Рафик как предполагаемый родственник тоже был хорошим козырем во всей ситуации.

Лали мучился от необходимости принимать такие решения. С одной стороны… а с другой стороны, рано или поздно альфа захочет с ним близости. Брак это не только совместное хозяйство, но и постель, и пусть сейчас, будучи беременным, он и не хотел никого рядом, но придет время и течка затуманит мозг так, что сам запрыгнешь на альфу и будешь требовать продолжения.

У омеги Сашенька был первым и единственным альфой, и ему было совсем нехорошо, стоило только представить, что придется отдаваться постороннему человеку. Это казалось просто невыносимым. Спрашивать совета у приятелей не хотелось, это не их жизнь, а значит, и не их решение. Лали знал, что они с удовольствием согласились бы на любой вариант, только их почему-то погулять звали, а вот замуж нет…

Помучившись еще пару часов, он отправился к Рафику, он почему-то чувствовал ответственность за то, чтобы ответить как можно быстрее. Альфа сидел за тем же столиком, что и утром, и курил трубочку, попивая вино и разглядывая прохожих. С ним все здоровались, а он только кивал головой в ответ. Увидев решительного Лали, он с улыбкой кивнул ему на соседний стул. Омежка уселся на краешек и решительно начал:

– Реваз Вахтангович, я очень благодарен вам за помощь и поддержку, но я не готов к браку.
– Лали внимательно наблюдал за мимикой альфы, ожидая злости или гнева, но Рафик в ответ только кивнул головой, будто Лали сказал именно то, что он и рассчитывал услышать. – Простите меня, если мое поведение доставляет вам хлопоты или проблемы, но я не могу… я очень любил своего альфу, и мы даже готовились к свадьбе… но как-то так вышло… я все равно не могу…