Старик взъярился, словно ему ненароком плеснули ще¬

лочью на открытую рану.

— Потерять?.. Уж не эти ли инженеры у меня его от¬

нимут? Хоть я и одинокий старик, но сумею постоять за

себя!

Панчо проследил за взглядом отца и увидел в поле

тех же, что вчера, людей с полосатыми рейками и опти¬

ческим прибором на треножнике.

— Если бы Сеферино был дома, он бы давно вы¬

швырнул их отсюда, чтобы не хозяйничали на чужой зем¬

ле, — посетовал Сория. — Но он уехал и они своевольни¬

чают, будто я уже помер и участок им в наследство до¬

стался.

9 Э Л Кастро

129

Быть может, он намеренно уязвил мужское самолюбие

сына, дав понять, что не рассчитывает на него. Панчо ни¬

чего не сказал, но подошел к лошади, вскочил на нее и не

спеша, шагом поехал к пришельцам. Он направился к по¬

жилому мужчине, наводившему аппарат на одну из по¬

лосатых реек, рядом с которым стоял молодой человек,

делавший какие-то пометки в тетради. Молодой человек с

любопытством уставился на Панчо, и тот, задетый его

наглым взглядом, сказал:

— Прежде чем вступать на чужую землю, просят раз¬

решения у хозяина!

— Не беспокойтесь, у нас есть разрешение из Буэнос-

Айреса, — с улыбкой ответил молодой человек.

Думая, что над ним смеются, Панчо вспылил:

— При чем тут Буэнос-Айрес! Хозяин участка живет

в этом ранчо!

Возмущенный его тоном, молодой человек ответил так

же резко:

— Для меня единственным хозяином является генерал

Вильялобос, и по его указанию мы снимаем план местно¬

сти.

Пожилой мужчина, по-видимому начальник группы,

вмешался, желая прекратить спор:

— Спокойно, Эмилио, не надо нервничать, разберемся

толком, как обстоит дело.—И, обращаясь к Панчо, ска¬

зал:— Послушайте, мой друг, может быть, мы ошиблись

и должны просить у вас прощения. Не могу ли я погово¬

рить с хозяином участка?

— Если вы подъедете к ранчо, то застанете его там.

— Хорошо, я поеду,—решил начальник.

Прежде чем сесть на лошадь, которую подвел ему пе¬

он, он приказал помощнику:

— А вы, Эмилио, позовите людей и скажите им, что¬

бы они все погрузили в повозку. Здесь мы закончили об¬

мер.

Потом он поехал за Панчо. С Сорией он был так веж¬

лив, что вскоре преодолел подозрительность, с которой

тот отнесся к нему в первую минуту, и, даже не подозре¬

вая об этом, окончательно покорил его, упомянув о гене¬

рале Вильялобосе.

— Я служил под его командованием, он-то и дал мне

этот участок,—с гордостью объявил дон Ахенор.

130

— Вы говорите, он дал вам участок?—удивился зем¬

лемер.

— Да, он при мне собственноручно подписал бумажку,

в которой это сказано. Сейчас я вам ее покажу, чтобы вы

знали его подпись.

И он принес бумагу, замусоленную и пожелтевшую от

времени.

Внимательно ознакомившись с ней, землемер сказал:

— Хотя генерал и поступил вполне правильно, это не

документ. Вам следовало бы поехать в Буэнос-Айрес

и надлежащим образом оформить бумаги.

— В Буэнос-Айрес?.. Зачем?.. Для меня подпись мое¬

го командира священна.

Землемер улыбнулся и, протянув Сории руку, пообе¬

щал:

— Я должен явиться к генералу, как только прибуду

в Буэнос-Айрес. Я напомню ему о вас, и он скажет, как

поступить.

Он попрощался с Панчо, который молча слушал этот

разговор, и направился к своим людям. Несколько минут

спустя они снялись с места и выехали на дорогу.

Уже смеркалось, когда Панчо начал седлать лошадь.

Вид у него был пасмурный, и он избегал встречаться

взглядом с отцом, который, стоя под навесом, свертывал

сигарету Старик провел языком по краю бумаги, чтобы

заклеить самокрутку, и проговорил:

— Обо мне не беспокойся. Я обойдусь без тебя... Ка¬