Его разбудила гроза. Не сразу.

Поначалу ему снился сон, в который естественным образом вплелись громовые раскаты и вспышки молний. А может, это из-за грозы ему приснилось, что он шел по голой безжизненной земле, а над ним бушевала стихия.

Черное небо прорезали огненные зигзаги, освещая выжженную равнину до самого горизонта. Вокруг ни души. Ни дерева, ни камня. Только он, растрескавшаяся земля, да грохот над головой.

Дождя не было. Может быть, он лил где-то в другом месте, но здесь пока было сухо. Ураганный ветер дул прямо в лицо, пытаясь сбить с ног и норовя сорвать одежду, но Олег упорно шаг за шагом шел вперед, пока идти стало невозможно. Он беспомощно стоял, сгибаясь под порывами ветра, и смотрел, как огненные стрелы бьют в землю, постепенно приближаясь к нему.

Спрятаться было негде. Впрочем, в глубине души он знал, что прятаться бесполезно. Так что ему оставалось только стоять и смотреть на приближение развязки. Молнии били в землю все ближе и ближе. И вот, наконец, небо раскололось надвое, и там вспыхнуло нечто настолько ослепительное, что стало светло как днем. Огненный столб ударил прямо в Олега и прошел через него смертоносным электрическим разрядом.

Он даже не успел почувствовать боль, как с ужасом обнаружил, что смотрит на себя со стороны. Точнее, на то, что от него осталось – черный обуглившийся остов.

А потом он проснулся.

Судорожно втянул в себя воздух и обнаружил, что лежит на кровати, вымокший насквозь. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Комнату озарила очередная вспышка, снова прогремел гром. Это была просто гроза, а вовсе не божья кара, как ему приснилось.

Олег лежал и слушал, как гроза постепенно уходит в сторону, и понемногу успокаивался. Сердце вошло в нормальный ритм. Он сел на кровати, обхватив голову руками.

Что это было? Знак? Предупреждение?

Что же он наделал? Как получилось, что из-за каких-то в общем бессмысленных вещей он поставил под угрозу жизнь тех, кого любил больше всего на свете? Так ли уж ему нужен был этот гигантский плазменный телевизор? Или двухдверный холодильник, занявший все свободное место в их крошечной кухне? Или супер-навороченный музыкальный центр, от которого закладывало уши?

Да, хорошие вещи украшают жизнь. Но всегда были и будут предметы, которые ты не сможешь себе позволить. И если тебе не по карману Porsche «Panamera» или вилла на Сардинии, то надо принять это и не рвать жилы, доказывая себе и другим, что ты не хуже остальных.

Зачем?

Кому это было нужно? Ему? Оказывается, единственное, что ему нужно на самом деле, так это чтобы жена и сын были живы и здоровы. Вот и все. Так просто.

Как же он мог не понимать этого раньше? Как допустил, чтобы на карту были поставлены жизни не только родных людей, но и совсем незнакомого ему человека? С чего он взял, что может обменять жизнь жены или сына на жизнь этого доктора?

А ведь Игорь не сделал ему ничего плохого. Наоборот, совершенно бескорыстно оказал помощь и предложил ночлег.

И какое ему, Олегу, дело до того, что совершил или не совершил в прошлом этот человек? И с чего он взял, что может распоряжаться чужой жизнью только на том основании, что Игорь виноват в чьей-то смерти? Да если даже и так! При чем здесь он, Олег? Разве он Господь Бог?

Он усмехнулся, и смех этот был похож на рыдание.

Последние недели его жизни были подчинены одной цели – убить человека. Не найдя другого выхода, он принял этот – не сразу, мучительно сопротивляясь, но принял. А что, если он поторопился? Что, если был другой выход, который он от ужаса и растерянности пропустил?

Он чуть не совершил непоправимое. А как бы ему жилось дальше со знанием того, что он убил человека? Однажды Олег попытался представить себе это, но не смог. Это было настолько мучительно, что он перестал себя терзать. Он решил тогда, что пусть будет, что будет, а дальше посмотрим.

Не будет ничего дальше. Нельзя жить дальше, решившись убить человека.

Жаль, что он потратил столько драгоценного времени, чтобы осознать эту простую истину. Не убий!

Ему страстно захотелось немедленно сказать об этом Игорю, и он вскочил с кровати. Доктор наверняка не спит. Разве можно спать в такую грозу?

Олег прошел в горницу, подошел к дивану и застыл, вглядываясь в лицо лежавшего перед ним мужчины. В темноте было не разобрать, закрыты у него глаза или открыты.

Доктор лежал на спине, запрокинув руки за голову. За шумом дождя его дыхания не было слышно.

– Ты спишь? – шепотом просил Олег.

Игорь не ответил и даже не шелохнулся.

Олег постоял еще немного, а затем тихонько развернулся и пошел в свою комнату.

Дождь шел всю ночь и прекратился лишь под утро.

Уже начинало светать, когда я, наконец, уснул.

Всю ночь я думал – о разном. О том, как жил прежде. О том, как буду жить отныне.

Прошло всего несколько дней, а моя жизнь готовилась сделать новый поворот. Я чувствовал это – пришло время двигаться дальше.

Нет, я не простил себя. Но я понял, что несмотря ни на что все еще жив. И не имею права сидеть тут, спрятав голову в песок.

Всю свою жизнь я лишь получал – пришло время отдавать. Я понял тебя, дед. И, возможно, этот несчастный человек возник на моем пути не случайно. Может быть, мне следовало начать с него?

Послышались осторожные шаги. Олег подошел к дивану и замер, прислушиваясь ко мне.

– Ты спишь? – прошептал он.

Я лежал и не дышал. Сердце билось как колокол. Мне казалось, что не услышать его мог только глухой.

В это мгновение я понял, что от того, как поведет себя сейчас этот человек, зависит все. Если он решит убить меня – ну что ж, значит, так тому и быть. Я отдам ему себя. Возможно, это и есть искупление.

Кажется, он стоял возле меня вечность. Я же лежал с закрытыми глазами и молил лишь об одном: чтобы все, наконец, закончилось.

Не знаю, о чем он размышлял и почему не сделал то, для чего пришел, но он вдруг развернулся и пошел прочь.

Я дослушал, как он уходит, потом подумал, что после такого испытания для нервов не смогу уснуть до утра, и тут же провалился в сон.

– Алё! – послышался голос Федора. – Есть тут кто живой?

Олег с трудом разомкнул веки и увидел соседа, застывшего в дверном проеме. Федор почесал круглый живот под засаленной тельняшкой. Потом после некоторого раздумья почесал затылок и снова замер.

– А где хозяин? – спросил Олег, усаживаясь на кровати и зевая.

Он еще не проснулся окончательно.

– Дак-ыть… Уехал, – отозвался Федор и махнул рукой в непонятном направлении.

– Как уехал? – растерялся Олег. – Когда?