Шрифт:
– Тебе просто нужно выспаться. Завтра, возможно, будет стыдно за свое поведение.
– Да, ты прав, нужно выспаться. Может, чай с ромашкой заварить, – Аделина подошла к барной стойке и через секунду резко развернулась к Андрею с адским огнем в глазах, держа в руке огромный нож для разделки мяса. – Или кишки тебе выпустить все-таки?
– Господи, Аделина, да ты реально поехавшая истеричная алкоголичка, тебе лечиться надо, положи нож, пожалуйста, я тебя прошу.
– Либо ты сейчас уйдешь, сядешь в машину к своей болонке и испаришься, либо мы завтра будем во всех новостях.
– Все сказал, как мы обговаривали? – не отрываясь от экрана телефона, спросила Ольга.
– Ну почти.
Оба посмотрели в сторону дома. В окне, зловеще подсвеченная тусклым светом от барной стойки, мрачной тенью стояла Аделина с ножом в руке, один в один повторяя кадр из фильма ужасов.
– Не задался разговор, я так понимаю, – флегматично протянула Ольга.
– Господи Иисусе, спаси и сохрани, – Андрей наконец тоже заметил Аделину в окне и со всей силы нажал на газ.
Машина с ревом и свистом колес унеслась в ночь.
Глава 5
Проснулась Аделина ближе к обеду со ставшей уже привычной головной болью. Она встала и пошла на кухню, прихватив с журнального столика недопитую бутылку рома.
Она понимала, почему Андрей не хочет разводиться, осознавала, что и сама не готова рвать ту тонкую ниточку, которая их еще связывает. Но с беременностью Ольги все теперь круто поменялось.
Аделина сделала большой глоток рома прямо из бутылки. Стало немного легче.
За окнами показалось какое-то движение, послышались голоса. Аделина накинула кофту и вышла на террасу.
Ко входу приближался Андрей в сопровождении двух полицейских.
Дальше все было как в тумане: поиск документов на дом, свидетельства о браке, унизительные объяснения с представителями правоохранительных органов и не менее унизительный сбор вещей.
Могла ли она бороться? Остались ли у нее силы отстаивать свое право жить здесь? Морально подавленная и полностью разбитая, Аделина будто наблюдала со стороны, как наполняются вещами откуда-то взявшиеся коробки, как все остатки ее жизни пакуются и плотно обматываются скотчем. Она не понимала, куда Андрей везет ее, не узнала даже адрес. Сознание начало постепенно возвращаться, когда они остались вдвоем в какой-то незнакомой квартире.
Она была красивая и обставлена со вкусом в любимом стиле Аделины и ее любимых цветах. Просторная гостиная и уютная роскошная спальня выходили окнами на заснеженный парк. Окна были от пола до самого потолка и наполняли квартиру светом в, казалось бы, пасмурный день. Андрей постарался на славу. Он учел все детали, каждую мелочь, все, что любила Аделина. Он точно готовился к этому задолго до вчерашнего разговора.
– Сраный ты лицемер, – без злобы прошептала Аделина.
– Я снял эту квартиру для тебя с возможностью выкупа. Если понравится здесь жить, после раздела имущества мы тебе ее купим. Наша квартира на Кипре уже такого дохода, как раньше, не приносит, ездить туда отдыхать Ольга тоже не хочет. Миллионов за тридцать спокойно продадим. А частью акций я тебе твою долю в доме отдам. Надо посмотреть валютные рынки и …
– Не будет никакого раздела. Брачный договор перечитай, – Аделина безучастно смотрела в окно, – в любом случае, пока я этим заниматься не хочу, у меня отпуск. И, вероятно, он затянется. Проваливай к черту, Андрей.
– Я буду платить за квартиру и, пока ты не работаешь, буду переводить тебе деньги на карту. Если что-то понадобится, сразу звони. Твоя машина на подземной парковке справа от лифта. И, прошу тебя, давай попробуем жить дальше. Оба. Ты хоть слышишь, что я говорю? – Андрей постоял несколько секунд, глядя на смотрящую в одну точку Аделину, махнул рукой и вышел из квартиры.
Входная дверь почти бесшумно закрылась, и Аделина осталась одна. Странно, в своем огромном пустом доме она чувствовала себя менее одиноко чем здесь. Ее выкинули из ее же жизни. Как вообще такое возможно… Ничего не осталось. Ни крупицы того, что она строила… что они строили вместе. Аделина умерла в очередной раз, уже сбившись со счета в который.
Она подошла к окнам. Ни одно из них не открывалось. Как предусмотрительно. Браво, Андрей.
От саморазрушительных мыслей отвлек звонок телефона. Она не разговаривала с мамой больше полугода. И на это были более чем веские причины.
– Алло, – сухо сказала Аделина, прекрасно понимая, что за этим последует.
– Ты совсем с ума сходишь? Угадай-ка с трех попыток, кто мне сейчас звонил! Поздравляю, ты окончательно упустила своего мужа! Я говорила тебе, как только он налево посмотрел, нужно было сразу беременеть а не слезы лить без конца. Ты только ноешь, ноешь, ноешь, а тем временем твой муж с другой в твоем доме живет. Это твоя вина, чтобы ты знала, только твоя. Бестолковая ты, звони ему сейчас же, в ноги падай. Ты обо мне подумала? Ты, что ли, обо мне в старости позаботишься? Не смогла даже мужика удержать, уму непостижимо!