Волк всё-таки решил напасть, это было видно по напряжённой позе и прижатым ушам. Я тоже решилась прыгнуть и постараться не убить, но ранить, чтобы близняшки могли хотя бы попробовать выцарапать волчьего князя из объятий Неспящей. Но первым успел не он и не я, первым прыгнул рыжий.

Человек приземлился на спину изготовившегося к прыжку зверя, оба ощутимо приложились о камни. Волк обиженно взвизгнул, а человек сосредоточенно молчал, клещом вцепившись в его шкуру. Сцепившиеся тела под утробное рычание волка и смешанное тяжёлое дыхание прокатились по камням. К счастью, хоть Леда больше не лезла, замерла на месте, в шоке наблюдая за дракой.

Обхватив ногами бока зверя, Трай сжал в локтевом захвате горло, второй рукой пытаясь фиксировать пасть. Ещё один перекат; пока рыжему удавалось оказываться на спине вёрткого хищника, только надолго ли?

— Ремни. Живо! — процедила я, остро сожалея об отсутствии верёвки.

Спорить и высказываться не стал никто, даже Варс, и через несколько секунд в моём распоряжении оказался пяток разнокалиберных ремешков. За это время волк успел сбросить человека, и теперь уже рыжий лежал на спине, удерживая зверя за туго охватывающий его горло ошейник и не давая добраться до собственной шеи.

Сложнее всего было выбрать момент и набросить на шею волку петлю из ремня. Но, к счастью, Трай меня заметил, без труда понял мою идею и сумел снова, немыслимо извернувшись, оказаться на спине хищника. А потом вовсе перехватил у меня импровизированную удавку и затянул так, что я, признаться, ожидала услышать хруст сломанной шеи. Но нет, волк только захрипел, суча лапами.

— Пасть вяжи, — сквозь зубы процедил Трай. Мог бы и промолчать; я как раз к пасти и примеривалась. Благо, у волков морда длинная, с котом такой фокус уже не прошёл бы.

А дальнейшее было уже делом техники. Рыжий зафиксировал своеобразный намордник на пасти своего князя, а я тем временем вязала ему лапы. Волк придушенно сипел и утробно рычал, но активного сопротивления уже не оказывал.

— Как ты? — наконец, сумела поинтересоваться я, окидывая Трая взглядом. Понять, где на нём кровь, а где — грязь, при тусклом свете было невозможно.

— Хорошо, что у него мозги сейчас звериные, — проговорил сидящий на земле мужчина, свободной рукой вытирая лицо; лучше бы не трогал, видок стал ещё хлеще. Одной ногой Белая Звёздочка упирался в хребет волка, второй — в его морду, а на правую его ладонь был намотан конец удерживающей хищника удавки. — Были бы человеческие, он быменя порвал.

— Были бы человеческие, всё было бы куда проще, — проворчала я, озираясь по сторонам.

Выход из ямы всё-таки обнаружился, два параллельных ряда вмурованных в стену колец. То есть, человек, цепляясь за них, вполне мог выбраться, а вот зверь даже с человеческими мозгами — уже вряд ли.

— Лебедяна, вверх, — найдя взглядом княжну, кивнула я на стену.

— Нирь, я… — у той был взгляд побитого щенка, но это только усугубляло ситуацию. Честно говоря, сейчас я сожалела, что волк не успел до неё добраться. Понимала, что так нельзя, но — сожалела.

— Вверх, — процедила я. Видимо, прочитав всё недосказанное по глазам, Леда не стала спорить и послушно вскарабкалась наверх, где её поймали за запястья Белолеса с Варсом и молча выдернули из ямы как морковку. — Теперь придумать бы, как этого вытащить, — с сомнением окинув взглядом здоровенную звериную тушу, пробормотала я.

— Нирь, я вот что нашла, — раздался сверху голос Златолеты, и ведьма помахала пучком каких-то кожаных ремней. — Здесь есть пара хлыстов, они довольно длинные.

— Где ты их нашла? — вытаращилась я на ведьму.

— Ну я так подумала, если есть карцер, наверное, и другие наказания должны быть, — пожала плечами та. — Так что просто заглянула в соседние комнаты.

— Умница, — глубоко вздохнула я.

Даже при наличии достаточно длинных верёвок процесс извлечения на поверхность волка оказался очень муторным и долгим, так что в общей сложности мы провозились почти треть часа. Отступать пришлось поспешно; у зелья срок действия продолжительный, но не могут же местные не хватиться своих.

Лапы князю мы после недолгих раздумий распутали и сделали вторую удавку, которую вручили Варсу, чтобы мужчины волокли волка вдвоём. Благо, после того, как Трай его придушил, а наверху ещё и Чёрный Коготь обрычал, зверь вёл себя относительно смирно. А вот снимать зачарованный ошейник пока не стали: ведьмы утверждали, что чары там какие-то сложные, и выступали категорически против самодеятельности. Поддержали их единогласно при одном лишённом права голоса. С княжной после выкинутого ей фортеля, похоже, не хотелось разговаривать никому, включая терпеливого Варса.