Шрифт:
– Не сожрет? – переспросил Виталик отца.
– Не сожрет. – повторил отец. Мухтар тебя уже отблагодарил.
Виталик кивнул и, погладив собаку, одел на шею Мухтара ароматное ожерелье. О, с каким же достоинством принял пес награду!
– Смотри, он улыбается! Кто сказал, что собака не человек! Указывая пальцем на Мухтара, продолжал смеяться отец. – Виталя, твой наряд ему понравился!
Весь оставшийся день Мухтар гордо ходил вокруг будки в одуванном украшении. Изредка он лишь косился на веночек и позволял себе клацать пастью на назойливых мух.
С Мухтаром была связана еще одна история.
Перед домом во дворе, напротив бани стояла собачья будка. Собачий домик хоть и был небольшим, но слажен был на славу. Его когда-то сладил папа. Сколоченная из крепких досок, будка по крыше была обшита блестящим оцинкованным железом. Снизу домик опирался на крепкий подклет. В домике Мухтару было просторно и тепло. Уход и Присмотр за будкой был поручен Виталику. Он должен был следить – не течет ли крыша и не образовалась ли где-нибудь в стене дырка. Если вдруг прорехи обнаруживались, об этом надо было немедленно сообщить папе.
И важно, чтобы внутри будке было сухо. Для этого надо было регулярно сушить подстилку и стелить свежее сено. Условие было одно – день, в который намечалось мероприятие, обязательно должен был быть сухим и солнечным. Утром Виталик выпроваживал из будки пса. После этого он вытаскивал подстилку и сгребал старое сено. Вытащенную подстилку Виталик для просушки относил и вешал на забор. Затем он возвращался к будке и выгребал сена. Сено Виталик собирал в мешок и нес в компостную яму. За свежим сеном надо было идти в сенной сарай. Мухтар сидел рядом с будкой. Пес все понимал. Он внимательно следил за действиями Витали. Наконец будка проветривалась. Виталя приволакивал душистое сено. Мухтар терпеливо ждал. Наконец, приносилась подстилка и пес начинал волноваться. Лохматая голова Мухтара то и дело заглядывала в будку, а Мокрый нос начинал принюхиваться.
– Подожди! Еще нельзя! –говорил собаке Виталя.
Как следует умяв свежее сено и положив на него подстилку, Виталику оставалось отыскать и закрепить защепы. Этими защепами подстилка прикреплялась ко дну и стенам будке. Когда все было готово, Виталя, перевернувшись на спину и вытянув трубочкой губы, тихо свистел. Истомившийся ожиданием пес взвизгивал и в один прыжок оказывался в будке. Какое же блаженство было лежать на душистой и мягкой подстилке! Один раз, когда будка была уже прибрана и Мухтар лежал рядом, вдруг ливанул дождь. Острые, будто пики, струи дождя, будто множество барабанных палочек, принялись оглушительно колотить, как в барабан, в железную крышу будки. Мама вышла на крыльцо и принялась звать Виталика.
– Я здесь! – выглянул из будки Виталя.
– Немедленно в дом!
– Не хочу!
– Это еще что за разговоры! Немедленно беги в дом!
– Мне здесь хорошо!
– Смотри какой дождь! Промокнешь!
– Не промокну! Дождь вокруг нас, а я с Мухтаром в середине дождя и совсем сухой!
8
Да, именно с солнечными медовыми одуванчиками в Дешевки приходило лета! Речка Жостка, буйная весной, к лету успокаивалась и уже до самой осени становилась теплой и дружелюбной.
– Ну что, сынок, идем на штурм!
Посадит, бывало, папка Виталю себе на плечи, и они в двухэтажном положении переходят речку вброд. С их стороны берег каменистый. Другое дело берег противоположный. Там, что влево, что вправо – дыбятся горбатыми барханами и сияют белым золотом горячие пески. Эти барханы и горячий песок отец называл пляжем. Дальше, за барханами плотной стеной рос колючий кустарник. За кустарником и вплоть до дальнего леса разбегалась просторная луговина! Если Виталя приходил на пляж только с отцом, то отдых ограничивался песком и водой. Переправившись с сыном через речку, отец выбирал укромное место, стлал подстилку и с газетой валился загорать. Иногда он брал удочку и уходил в дальние камыши. Виталику и Мухтару в полное распоряжение оставался пляж! Бледным червем ползая по зыбучим пескам, ребенок рыл траншеи, прокладывал каналы и на прибрежных холмах строил песочные города!
В последнее перед школой лето отец научил Виталю плавать. Урок пришелся на Илью Пророка. Был воскресный день и у отца был выходной. Они как обычно переправились на песочный берег. Там папа отыскал у воды местечко, расстелил как обычно, подстилку и с газеткой «Советский спорт» плюхнулся в объятие теплого песка. Некоторое время он листал газету. Виталя с Мухтаром носились по барханам.
– Ну чего, черти, разорались! Поспать не дадут! – проворчав и сладко потянувшись, поднялся отец. – А ну, иди сюда! – позвал он сына. – Хочешь научу плавать?
–Как научишь?
– Пошли, покажу!
Отец, будто куклу, подхватив Виталика подмышку, шагнул в воду.
Папа медленно входил в реку, и вода поднималась все выше и выше. Виталя, будто дохлая рыба, недвижно лежал на руках отца.
– Готовься? Сейчас поплывешь! – остановился и сказал папа.
– Куда…?»? – только и успел спросить Виталик.
– Направления два. На дно или вперед! Ответил отец и Виталик тут же бухнулся в воду.
Сперва показалось, что он топорик, который если и сможет плыть, то только на дно. В следующую секунду у топорика прорезался голос, и он закричал!