Private-Bookers
Ева
вернуться

Агушин Никита

Шрифт:

– Нет.

Парень удалился в свою комнату. Чувство голода давно не приходило к нему. Изредка по ночам, он заглядывал на кухню и ел, что под руку попадется, дабы просто не умереть от голода. Такая процедура прошла этой ночью, так что беспокоиться не о чем.

Ритмичное тиканье часов заполнило собой все пространство комнаты. Ни единого звука более. Терпеть эти звуки с каждой секундой было все более и более невыносимо. До следующего дня оставалось всего сорок четыре тысячи восемьсот шестьдесят два тика. Сорок четыре тысячи восемьсот шестьдесят один. Сорок четыре тысячи восемьсот шестьдесят. Сорок четыре тысячи восемьсот пятьдесят девять…

– Восемь, семь, шесть, пять… – Женя стоял лицом к стволу березы с прижатыми к глазам ладонями, – четыре, три, два, один! Кто не спрятался, я не виноват!

Мальчишка развернулся и мигом отбежал от дерева. Женя оглядел двор по периметру, в надежде, что заметит Маму за первым попавшимся кустом. Но не все оказалось так просто. Он побежал вокруг белых стен дома, чуть не споткнувшись об порог крыльца, но снова никого не обнаружил. Наверное, теперь мама решила играть серьезно! Значит, нужно ее искать в более серьезных местах. Тогда мальчик устремился в сторону небольшого старого и захламленного сарайчика. Но его дверь была заперта, а в разбитом окне виднелась только темнота и пыль. Может быть, она спряталась в палисаднике, среди цветов? Она же такая красивая и цветущая, что без проблем может слиться с кустами роз! Женя добежал до сеточного забора зеленого цвета и вцепился в него своими маленькими ручками. Он стал внимательно вглядываться в ароматные кусты. Как бы он ни старался, он не мог разглядеть ни одного цветка, который был таким же красивым, как его мама. Может, потому, что все розы хоть и очень красивые, но очень недружелюбные. Их нельзя обнять, а если попробуешь, напорешься на острый шип. Нет, маме точно здесь делать нечего. Но где же она тогда спряталась?

Где-то за его спиной раздался шепот. Женя вскочил и побежал на звук. Маленькие ножки побежали в сторону клумбы с розами, прямо под окном на кухне. И снова никого.

– Ладно, я сдаюсь! Я не могу тебя найти, мама! – звонкий голосок пронесся по двору. Но в ответ тишина. Мальчик выбежал на центр двора и снова воскликнул о своем поражении. Снова никого. Почему никто не отвечает? Мама больше не будет с ним играть? Или она пропала? На глазах невольно заблестели слезки, но тут снова раздался шепот, и снова со стороны роз. Женя прокрался к ним на цыпочках, но вновь никого не обнаружил. Вдруг из открытого окна на кухне снова послышался голос. Мальчик свел брови к переносице и злобно пошел в дом.

– Мама, мы же договаривались, в доме не прячемся! – Злобно кричал мальчик. Внезапно из кухни вылетел силуэт бабушки. Очень резкий и страшный.

– Цыц! Тихо! – Ее лицо стало еще злее, чем обычно. Оно скривилось в такой безобразной гримасе, а оттенок кожи напоминал желчь, – мама по телефону говорит. Ей срочно позвонили. Иди поиграй сам.

Бабушка вновь удалилась на кухню.

Женя был очень напуган, и, кажется, даже не дышал. Он просто попятился на цыпочках, к входной двери. Прикоснувшись к белой деревянной поверхности, он оперся на нее, и в тот же миг дверь раскрылась, и мальчик провалился вниз…

Тридцать девять тысяч четыреста двадцать семь, тридцать девять тысяч четыреста двадцать шесть, тридцать девять тысяч четыреста двадцать пять…

Глава 4. Гром

Белоснежные облака на небосводе бежали так, будто это кто-то разлил молоко на стол, и теперь оно растекается по всей поверхности. К облакам стремились верхушки тополей. Они были такие высокие, что их трепещущие листья казались крохотными зелеными точками. Мимо них пролетали голуби, стремительно спускаясь к земле. Там уже они зарывались в траву и клевали всю мелочь, что попадется в клюв. Легкий ветерок колыхал сероватые шарики одуванчиков. Они, словно сотни звездочек, рассыпались на зеленом ковре крохотного двора, среди отцветших яблонь. После дождя на улице веяло свежестью. Легкая прохлада приятно окутывала нежностью с ног до головы.

Жаль, что запах от деревянного, покосившегося уличного туалета был куда острее, перебивая все прелести утренней погоды. Но это не так критично. Если дышать реже, то можно насладиться мимолетностью бытия между каждым вдохом. Чем и занимался Евгений, держа в руках кастрюлю с не менее вонючими помоями. В облезшей белой посудине с горелым дном красовались иссохшие блины, блестящие от толстого слоя масла, мертвенно-серые и не обглоданные кости курицы и бледные куски сухого хлеба, накрытые тонким одеялом из изумрудной плесени. Все это плавало в прокисшем вонючем курином бульоне. Держа в руках эту вонючую кастрюлю, женя чувствовал жир на кончиках своих пальцев. Он будто сочился изнутри и растекался по ладони, такой холодный и липкий. Смотря на это, жмурясь, Женя надеялся на благоразумие Чапы, что есть такое она не станет. Да только ничего другого, видимо, не осталось, и теперь они оба обязаны питаться только помоями.

С этой мыслью Женя и вылил в собачью миску все содержимое. Чапа не заставила себя долго ждать. Выбравшись из своей будки, она тут же подлетела к хозяину и принюхалась к миске. Лицо парня перекосило. Нет, она на такое неспособна. Чапа – воспитанная, чистая девочка. Она не станет подражать скоту, которых разводят на убой.

Черный носик сделал два глубоких вдоха. Собачка покружила вокруг миски, прижала уши и завиляла хвостом. Она осторожно подняла мордочку на хозяина, будто желая задать вопрос: а что это вообще такое? Вернув внимание к содержимому, она осторожно переступила лапками. Собачка осторожно лизнула блин и замерла. Глухо чихнув, Чапа развернулась и ушла от миски, пролезла между перилами и удалилась в ближайший куст.

Евгений выдохнул. Он мысленно похвалил подругу за то, что она хранит свою честь, хотя в душе парня кольнуло, ведь чем тогда Чапа будет питаться? Нужно придумать, как решить этот вопрос. Потом.

Ладно, сейчас.

– Ба… – Женя окликнул бабушку, проходя мимо кухни, – в вашем магазине продается корм?

Широко расставив ноги, бабушка сидела перед мусорным ведром, надев белый фартук, покрытый желтыми пятнами, и такую же белую косынку. В одной руке она держала небольшой перочинный нож, а в другой – картошку. Пыхтя, она вытерла со лба пот, пытаясь побороть отдышку. Она делала каждый вдох с таким усилием, будто в ее горле застрял целлофановый пакет.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
  • 11
  • 12
  • 13
  • 14
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка