– Что это значит?
– спросил Палей.

– Защити и помилуй, батько!
– сказал мужик сквозь слезы.
– Вот этот жид, Хацкель, наш арендарь. Он стал торговать у меня корову, а как я не хочу отдать ему за дешевую цену, так он насильно отнимает у меня, будто за долг моего тестя. Не знаю, должен ли ему тесть мой. Он выслан в Овруч с панскими подводами... За что ж у меня отнимать мою корову! Меня бьют, чтоб я заплатил панский чинш... Откуда же мне взять!

– Вы себе рассчитаетесь с тестем, - возразил жид.
– Ведь вы вместе пили мою горилку.

– Не тронь его коровы, жид, - сказал Палей, - и убирайся к черту!

– Пане Бартошевич!
– сказал жид, державший корову за рога, обращаясь к дюжему, полупьяному шляхтичу, - пане Бартошевич! два гарнца малинику, если защитишь меня!

Бартошевич выступил вперед, надвинул шапку на ухо и, опершись на саблю, сказал Палею:

– А кто ты таков, что смеешь здесь распоряжаться! Знаешь ли ты разницу между казаком, холопом и польским шляхтичем?

Палей, не говоря ни слова, прискочил на коне к Бартошевичу, отвесил ему удар нагайкою по спине и в то же время хлестнул жида по голой шее. Бартошевич едва опомнился от удара, а жид, присев на пятках, завопил пронзительным голосом:

– Гвалт, гвалт! бьют, резут!

– Только бьют еще, - примолвил Палей и, обращаясь к запорожцам, сказал: - Хлопцы! пособите бедному мужику отвести корову куда он хочет.

Между тем все жиды завопили:

– Гвалт, гвалт! бьют, резут!
– Шляхта и казаки сбегались на крик со всех сторон.

Бартошевич, опомнившись, выхватил саблю и устремился на Палея, закричав яростно:

– Смерть холопу! За мной шляхта - братья!

Палей прискочил к Бартошевичу, ударил его из всей силы нагайкою по голове, и тот свалился, как сноп на землю.

– Разбой! убийство!
– закричала шляхта, обнажив сабли.

– Хлопцы, бей собачьих детей!
– воскликнул Палей, обращаясь к казакам и к мужикам.
– Не бойтесь ничего: я с вами!
– С сим словом он устремился на шляхту, размахивая нагайкой направо и налево, а толпа народа двинулась за ним со воплем. Шляхта, видя невозможность сопротивляться, подалась в тыл, защищаясь саблями от нападающих. Жиды прятались за шляхтичами и вопили громогласно. Палей то наскакивал на отступающих, то поворачивал коня назад, ободряя следующею за ним толпу, и бил по головам нагайкою шляхту и жидов, не успевающих ускользнуть от него. Вся площадь пришла в движение. Паны польские, думая, что казаки взбунтовали противу них чернь, как то уже не раз случалось, поспешили в кармелитский монастырь, а другие заперлись в домах. Все спрашивали друг друга, что это значит, и никто не мог растолковать причины сего смятения. На площади раздавалось:

– Бей ляхов! Ура, Палей! Здоров будь, Палей!

Сложившаяся ситуация в Речи Посполитой в конечном итоге привела к грандиозному бунту. В январе 1648 началось востание православного населения Польши против экономического национального и религиозного гнёта со стороны жидов и польской шляхты. В антиеврейских погромах были уничтожены десятки тысяч жидов. Досталось и полякам и просто всем так или иначе связаным с поляками и сочувствовавшим им.

Глава 5. Евреи в России.

Жиды начали вползать на територию Руси ещё в эпоху Хазарского Каганата, чья элита была представлена почти полностью иудеями. Русские княжества, зависимые от Хазарии, вынуждены были принимать на своей територии еврейских ростовщиков и перекупщиков. Кнезья, подкупленные еврейством, защишали гешефтмахеров от народного гнева. В 964-965 годах Светослав Хоробрый разгромил Саркел и Итиль, положив конец еврейскому осиному гнезду на Волге. Но рано было радоватся, Владимир Ясно Солнышко, убица, насильник и полуеврей (ключница Малуша соблазнила малолетнего Светослава) в конце 10 века уничтожил ведическую веру в Киеве и Новгороде и пустил на Русь стаи голодных византийских попов и чернецов из которых не евреями и не шпионами Византии был наверное каждый третий. С принятием жидолюбивого христианства и с постепенной узурпацией власти кнезьями, евреи стали надёжно пускать корни на Руси. После разгрома Хазарии они через Чернигов и Тьмутаракань постепенно просочились и в другие русские города. Имея большие деньги и сплочённые иудаизмом пархатые тати быстро втёрлись в доверие к кнезьям, оказывая им разного рода услуги. Понятие "исто" - ссуда, и "резо" - проценты с займа, ввел в Русской Правде ещё Ярослав Мудрый. Так как православное население гнушалось заниматся ростовшичеством эту сферу финансовой деятельности подмяли под себя жиды.