— Ой. Кажется, я сейчас помру, — заявил коротышка, повисший на щупальцах и собственном копье. — будем считать, пять-один… в мою пользу.

Восемь щупалец хлестнули обратно, превращая коротышку в…

…облачко рассеивающейся маны.

— Вот это уже было жестоко и избыточно, — сказал «умерший», выходя на полянку из-за ствола как-бы-дуба, на коре которого странным образом не появилось ни одной отметины в ходе целой череды боёв. — Но отрицать прогресс невозможно. Ты молодец. Просчитала, подловила — всё по науке.

На месте стремительно съёживающейся, словно складывающейся сама в себя фигуры чёрного ящера осталась иная. Женская. В подобии очень плотно облегающего комбинезона, преимущественно пепельного, но с чёрными вставками тут и там, словно бы невзначай подчёркивающими линии тела: разом и сильного, и гибкого, и зрелого, с высокой грудью и крепкими бёдрами. Даже совершенно неподвижная, такая фигура притягивала бы вожделеющие взгляды — а уж в движении…

Впрочем, я не обманывался видимостью. Взяв на вооружение мой же принцип создания одежды-брони из собственной магии, Лейта Ассур наловчилась создавать покровы из своей же модифицированной плоти. В каком-то смысле мы с ней оба ходили голышом. И знали, что наши одежды не настоящие. Более того: в любой момент любую их часть мы могли преобразовать — или вообще убрать.

Миленький пикантненький нюанс, да-с…

— Даже если я стала лучше, этого всё равно мало. Я проигрываю даже не тебе, а твоей Тени. Чарам четвёртого круга, всего лишь…

— Вообще-то ближе к шестому кругу, — заметил я, откровенно любуясь ненавязчиво красующейся напарницей. Не то чтобы ей приходилось прилагать какие-то специальные усилия: даже когда она просто вздыхает чуть поглубже или переступает с ноги на ногу, она просто… ух. Слов нет. — Для чар, взятых как классовая особенность, следует повышать формальный круг на два. Да и для бойца, только-только вставшего на новый путь, ты вполне достойно держишься.

— Льстец.

— Нет. И ты это знаешь. Льстить в таких вопросах — не просто жестоко, но и глупо. Мне вовсе не улыбается перспектива перехвалить тебя, из-за чего ты начнёшь переоценивать свои силы и вести себя…

— Как Илея Спирс? Но ведь я теперь тоже могу пережить буквальную потерю головы.

— Даже если можешь и даже если это не аукнется, например, потерей памяти, я бы предпочёл не проверять практикой такие… жутенькие предположения.

— И поэтому ты меня жалеешь. Не бьёшь даже вполсилы.

— Ну так и ты меня жалеешь. Помню я, во что превратилась первая тренировка, когда я выступал в собственном живом теле.

Лейта смутилась. Тот позорный фарс не порадовал ни её, ни меня. Хотя бы потому, что мне тоже надо поддерживать форму, в идеале улучшать её — а лежание поодаль от схватки, пока Тень Иллюзиониста отрабатывает тренировочную программу, этому совершенно не способствует…

— Для настоящего прогресса, — упрямо сказала она, — всё равно нужен настоящий противник. Лучше противники. Разнообразные.

— Мы говорили об этом. Пока ты показываешь неплохой прогресс и во время щадящих спаррингов. У тебя не отработаны толком ни атака, ни передвижение, ни контроль окружения, ни… да почти ничего не отработано, кроме быстрого самолечения. Не спеши, прошу тебя!

— Хорошо. Но только если ты меня покормишь.

— Да куда ж я денусь, солнышко моё вечно голодное…

Между прочим, медицинский факт. Лейта и так-то из-за своего форсированного мозга ела больше и чаще обычного человека; а уж если тратила энергию ещё на метаморфизм…

С одной стороны, её Боевая Чешуя представляла собой в основном материализованную через воплощение, а не реально наращённую плоть. С другой стороны, «в основном» — не означает «вообще». И когда я, например, отсёк ей половину щупальца, оказалось потеряно и некоторое количество реальной плоти. Пусть небольшое, пусть пострадала не родная, а модифицированная-наращённая часть, то есть подвергнутый временной — и глубокой — метаморфозе биокомбинезон, пусть отсечённая часть оказалась почти сразу возвращена хозяйкой и ассимилирована, но… на его восстановление всё равно приходилось тратить не только ману. Тут укол, там порез, здесь кровопотеря, и вот уже суммарно набегает… немало.

Проблемно.

С одной стороны, живучесть Лейты выходит за рамки доступного для большинства Авангардов. Я бы даже сказал, далеко выходит. А с другой, она и такими же защищённостью-стойкостью, как у воинских классов, не может похвастать. И с выносливостью (не воинской, а банальной физической) у неё не сказать чтобы всё здорово. Совсем уж затягивать бои ей противопоказано.

Вообще странноватая мы пара. Она — целитель, с грехом пополам способный изображать танка. Я — иллюзионист, с грехом пополам способный изображать ловкача. Оба-два с упорством, достойным лучшего применения, пытаемся пыжиться, играя на чужом поле. С одной стороны, оно как бы и правильно: группа из двух членов не может позволить себе такую же глубокую специализацию, как полнокровная шестёрка (обязанности Лидера и Советника мы тоже распределили внутри пары, причём более удачно). С другой же, на том самом чужом поле достичь серьёзных успехов заведомо нереально…